Сегодня, 24 октября, фотографу Анатолию Лиясову исполнилось 50 лет, и ровно половину жизни — 25 лет — он не выпускает из рук камеру. В большом праздничном интервью юбиляр рассказал, как в эпоху плёнки приходилось снимать «с пуза» на «Зенит», почему никакой искусственный интеллект не заменит живой репортаж, зачем фотографу просыпаться в четыре утра и как развить творческое видение.

— Скажите, пожалуйста, когда вы решили стать фотографом? Это была детская мечта или уже взрослое осознанное решение?

— Это было уже взрослое осознанное решение. Я начала фотографировать с пятого класса, однако это было просто увлечение. Постепенно увлечение переросло в мастерство. И спустя годы, когда я уже хорошо фотографировал, я стал вести фотокружок в Кузоватово Ульяновской области. И однажды мой ученик сказал: «Анатолий Иванович, в «Молодежную газету» нужен фотограф. И я решил попробовать, приехал в Ульяновск на собеседование. Меня спросили, как я фотографирую. А на тот момент у меня была уже фотовыставка природы. в Мемориале. Мне сказали, что природа — это одно, а люди — это другое. Спросили, могу ли я снимать людей. Я ответил утвердительно. И так началась моя профессиональная деятельность. Год проработал в «Молодежной газете», позже сотрудничал с другими СМИ.

— Помните самый необычный случай во время редакционных заданий в «Молодёжке»?

— Одна из первых съемок была в Барышском районе. Там сгорело какое-то предприятие или что-то в этом роде, и нужно было взять интервью и сделать фотографии. Чтобы охватить весь масштаб бедствия, я залез на водонапорную башню. А так как журналисты склонны приукрашивать, Лёша Балаев — мы как раз ездили с ним — рассказал потом Захару Федоровичу Мисанцу, главному редактору газеты, как я карабкался вверх: якобы ржавые скобы вырывались у меня прямо из-под рук, но я всё равно продолжал лезть.

Из-за этого меня потом даже вызвали к редактору и велели больше так жизнью не рисковать. Хотя на самом деле я тогда просто любил везде лазить, это было моим любимым занятием, и никакого риска там не было.

— Прошло 25 лет с момента начала вашей профессиональной деятельности. Насколько сильно изменилась работа за это время? Ведь технический прогресс за четверть века ушел далеко вперед…

— С тех пор сильно сменился стиль работы. Когда мы снимали на плёнку, я работал с „Зенитом“. Если нужно было сделать репортажный кадр, а люди не хотели фотографироваться, приходилось наводить резкость примерно. В таких случаях съёмка велась „с пуза“, так сказать, втихаря. Потом всё это нужно было проявлять и сканировать, поэтому между самой съёмкой и выдачей готового материала проходил большой интервал времени… Сравнительно большой.

Сейчас это время намного сократилось, и результат виден сразу. С одной стороны, стало полегче, но с другой — всё равно возникают свои сложности. Сам век убыстрился, и требования к работе сильно повысились. Всё нужно делать быстрее, а иногда приходится скидывать фотографии прямо во время мероприятия.

— Помимо работы в СМИ, вы активно проводили индивидуальные фотосессии. Скажите, чем отличается репортажная съёмка для газет и сайтов от художественного фотографирования людей?

— Художественное фотографирование людей — это вдумчивый процесс. Здесь есть время подумать, настроиться и самому создать кадр. В репортажной съёмке всё иначе. Нужно предугадать, где и когда возникнет хороший момент, чтобы вовремя нажать на спуск. Это сродни охоте. Психологическое состояние в эти моменты совершенно разное. На репортаже нельзя расслабляться. В постановочной съёмке можно сделать щелчок и сразу посмотреть на экран. В репортаже так делать нельзя: пока ты разглядываешь получившийся кадр, ты пропускаешь другие интересные моменты.

— А вам самому что больше нравится?

— Репортаж.

— Почему?

— Потому что я чувствую себя охотником. Некоторые люди ходят в лес, им это нравится. Я на охоту не хожу — мне жалко зверюшек, не могу в них стрелять. А вот охотиться за хорошими кадрами и живыми эмоциями мне очень нравится.

— Когда появилось желание организовать собственную фотостудию? Каких усилий и вложений это потребовало на старте?

— Эту студию мы организовали на пару с Эльмирой Замалетдиновой. Особо крупных вложений тогда не потребовалось. Мы арендовали помещение. Я купил оборудование для освещения с рук у знакомого фотографа, который решил бросить съёмки и распродавал технику. Так всё и началось. Начали с одного помещения, потом немного его увеличили. Пошло-поехало, и мы втянулись.

— Сейчас фотостудия тоже действует?

— Да, сейчас есть небольшая фотостудия. Но она чисто для меня: без интерьеров и лишнего декора. Только белый, чёрный и серый фоны. Студия используется в основном для бизнес-съёмок. Ну и портреты без лишних предметов тоже можно делать с красивым светом.

— Я видела ваши снимки с разных фотосессий, которые вы проводили в студии. Как вам удавалось придумывать новые образы? Откуда брали необычный реквизит?

— Все идеи придумывала жена Олеся Лиясова, она у меня дизайнер. У нас случился идеальный творческий союз: она задумывает, а я воплощаю. С реквизитом всё было просто. Где что видели, там и брали. Что-то покупали специально, а что-то находили случайно. Например, искали старинную мебель на «Авито», а потом сами её реставрировали.

— А какая фотосессия вам самому понравилась больше всего, если говорить именно про тематические съёмки?

— Из тематических съёмок мне больше всего нравятся фотосессии у Замка Гарибальди — они получаются очень атмосферными.

— Сейчас вы их проводите или уже нет?

— Местных, ульяновских ребят сейчас там практически не фотографирую. Но если кто-то едет проездом — например, специально добираются из Челябинска или Краснодара, — то я беру заказы. Хотя в этом месяце затишье. Видимо, уже пришёл искусственный интеллект и вовсю дорисовывает фоны.

— Как раз хотела об этом спросить. Сейчас набирают популярность услуги по созданию фотосессий с помощью нейросетей. Как считаете, не вытеснит ли ИИ реальных фотографов?

— Частично он уже вытесняет нас, особенно в таких тематических съёмках. Но живая фотография всё равно останется. Она превратится в лакшери-продукт. Ведь съёмка — это не просто финальная картинка. Это эмоции и переживания от самого процесса. Если ты делаешь изображение с помощью ИИ, у тебя не остаётся никаких воспоминаний. А когда ты идёшь на настоящую фотосъёмку, с тобой навсегда остаются живые впечатления: подготовка, сборы и само путешествие к красивому месту. Визажисты и стилисты над тобой колдуют. Кроме того, я предполагаю, что никакой ИИ не заменит репортажную фотосъемку.

— Профессия фотографа творческая и ненормированная, поэтому многие не понимают, как устроен ваш график. С офисными работниками или заводчанами всё ясно: они приходят к началу своей смены. А как проходит ваш обычный рабочий день?

— По-разному. У меня вообще нет обычных рабочих дней. В отличие от эпохи плёнки, современная фотография — это огромный объём постпродакшена. После съёмки всегда идёт долгая обработка. Если мы поснимали всего один час, то сидеть за компьютером и обрабатывать кадры можно потом целый день. Поэтому у меня бывают съёмочные дни, а бывают чисто рабочие дни за монитором.

Сам съёмочный график ненормированный. Например, если нужна фотосессия в спортзале без лишних посетителей, её можно провести только после закрытия. Как-то раз мы фотографировали бойца Владимира Минеева для бренда «Ставр» — съёмку начали в 12 часов ночи и закончили только к двум часам. Точно так же и с хоккейными командами: они арендовали закрытый каток, и мы работали уже после 23 часов.

Но съёмка может быть и экстремально ранней. Был случай, когда девушка из Краснодара очень хотела попасть в замок Гарибальди. Она прилетела ночным рейсом, мы встретили её с самолёта в четыре часа утра и сразу поехали на локацию. Это был мой первый раз, когда я снимал в Гарибальди при утреннем освещении. Обычно я всегда фотографирую там на закате или вечером.

Как снимали кадр

Что получилось

— В чём, по-вашему, заключается главное отличие просто «хорошей, чёткой фотографии» от настоящего фотоискусства?

— Настоящее искусство всегда передаёт эмоции. Фотография может быть технически идеальной и чёткой, но при этом абсолютно безэмоциональной.

Я помню, как на одном крупном свадебном конкурсе победила фотография невесты. Тот кадр был вообще размытым, смазанным, но в нём было потрясающее настроение. Там была живая эмоция! Поэтому иногда технически несовершенный кадр с художественной точки зрения оказывается шедевром.

— Сейчас наступил век, когда любой человек с хорошим телефоном в руках может смело назвать себя фотографом. Как вы к этому относитесь?

— Я отношусь к этому вполне нормально. Единственный минус мобильной съёмки — у телефона нет возможности полноценно менять объективы. Из-за этого кадры часто получаются однообразными и снятыми с одного ракурса.

При этом современные Айфоны фотографируют очень хорошо. Сейчас даже появилось отдельное популярное направление — мобильная фотография. Но здесь самое главное — иметь творческое видение. Когда у меня была своя фотошкола, мы проводили эксперимент: ученики снимали один и тот же объект практически с одного ракурса. Но снимки у всех всё равно получались совершенно разными, потому что люди видят мир по-своему. У кого-то это видение развито сильнее, и кадры выходят классными, а у кого-то — пока не очень.

Поэтому снимать на телефон и называть себя фотографом, конечно, можно. Но это скорее съёмка для себя, а не художественная фотография.

— Если открыть любую группу в соцсетях, посвящённую ульяновским фотографам, то можно увидеть огромное количество людей, которые позиционируют себя как профи. Обычный человек просто теряется в этом выборе. Хочется сходить на фотосессию, но непонятно, к кому именно. Как правильно выбрать профессионала, чтобы потом не разочароваться?

— Во-первых, нужно обязательно посмотреть его работы и отзывы. Бывают случаи, когда классные кадры в портфолио просто воруют из интернета и выдают за свои. Во-вторых, важно сразу уточнить сроки. За какое время фотограф отдаст материал? Сколько дней займёт обработка? Не придётся ли вам ждать свои снимки целый год?

— А где вообще можно найти такую информацию о мастере?

— Можно просто вбить имя фотографа в поисковик, изучить его страницы в соцсетях или поискать отзывы на специализированных сайтах. А ещё лучше — поспрашивать знакомых. В нашей сфере отлично работает сарафанное радио, контакты часто передают из рук в руки.

Искать специалиста с бухты-барахты рискованно. Надежнее посоветоваться с теми, кто у него уже снимался. Если им всё понравилось, вы получите проверенного человека и гарантированный результат.

— Как за эти годы изменился ваш личный вкус?

— Раньше, когда фототехника была ещё несовершенной, я делал основной упор на то, чтобы поймать момент. Снимки могли получаться немного размытыми, но главное — момент был пойман.

Со временем я научился замечать свет и освещение. Теперь, даже когда я иду по городу, я всегда высматриваю места, где в определённое время суток свет падает как-то по-особенному. Запоминаю эту локацию, чтобы потом пригласить туда кого-нибудь на съёмку. Это могут быть интересные пучки света или красивые отражения от окон. Иногда в городе само по себе создаётся настоящее студийное освещение: например, когда на человека падает прямой свет спереди, а сбоку или сзади идёт отражённый свет. Получается потрясающая киношная картинка.

— А есть ещё что-то, на что вы стали обращать внимание с приходом опыта?

— Всё остальное происходит уже на уровне подсознания. Например, правильное композиционное размещение объекта в кадре. На это я даже не отвлекаюсь — всё выстраивается автоматически. Съёмка уже идёт чисто на профессиональных рефлексах.

— У вас множество профессиональных наград. Какая из них является самой ценной лично для вас?

— Ух, очень сложный вопрос! Прямо таких супернаград у меня вроде бы и нет. Но я участвую в 35AWARDS — это крупный международный сайт. И когда мои снимки выбиваются там в топ-20 или около того, это действительно ценно. Конкурс на этой площадке всегда большой.

— Как вам удаётся успешно сочетать такую динамичную, творческую работу, когда невозможно усидеть на одном месте, и воспитание троих детей?

— Раньше, когда дети были младше, мы брали их на съемки. Сейчас им уже Шестнадцать, тринадцать и девять, поэтому берем с собой только в тех случаях, когда они сами этого хотят.

— Кто-то из них хочет пойти по вашим стопам?

— Нет, у всех совершенно разные направления. Фотографировать-то они умеют, аппаратура дома есть, но интересы у них другие. Кто-то увлекается химией, а кто-то ещё просто не определился.

— Какой самый ценный совет вы бы дали молодому, начинающему фотографу?

— Практиковаться. Если человек действительно хочет стать хорошим специалистом, то главное для него — это практика и насмотренность. Также чтобы люди узнали о вас, можно брать бесплатные съёмки ради портфолио и постоянно публиковать свои работы в соцсетях.

Фотографии из личного архива семьи Лиясовых.

Записала Наталья Королева.