«Июнь 1941 года. Прошел месяц, как началась Великая Отечественная война. Моя деревня в 600 километрах севернее Томска. Подошел пароход «Пролетарий», принял на борт всех мужиков от 16 до 60 лет и увез всех в Томск. Там рассортировали: кого учиться, кого лечиться, кого в трудармию, кого на формирование Симбирской дивизии и на фронт. В ее составе ушел и мой отец – Якунин Серафим Семенович. Через год он погиб под Ленинградом, на Синявинских высотах восьмого сентября 1943 года. Светлая ему память!

«Тревожно, навзрыд загудел пароход

В ту ночь у обского причала.

Он словно стонал, принимая народ,

Войны извещая начало.

Ровно через три недели

Семьи опустели,

Подошел к причалу пароход.

Под плач и звуки марша

В шестнадцать лет и старше

Мужики отправились на фронт.

Их судьба похожа, и отец мой тоже.

Не вернулись с фронта мужики,

Через год буквально

Посыпались повально

Похоронок желтые листки.

Мне десять лет. Война в разгаре.

Патриотизм зовет, чего же ждать?

Нельзя, чтобы фашистов твари,

Убив отца, убили мать.

Решение принято, встречаюсь с другом,

Санек теперь все должен знать.

Он тоже сирота, и нам не до досуга,

Пришел о будущем побеге рассказать.

Через неделю мы в гостях у Омска.

Не повезло – нас взяли патрули,

Узнав, что мы на фронт бежим из Томска,

Тут же в «обезьянник» замели.

В жизнь входили смело.

Детство пролетело.

Военком позвал, надел сапог.

Поездом товарным

В «телятнике» коварном

Везут меня во Владик на Восток.

Ровно две недели

Кашу с хлебом ели,

В Канске объявили банный день.

Надо же такому —

Далеко от дома

В бане встретил Саньку. Вот так день!

Майор нас понял и помог удачно,

Обоих поместил в один вагон.

Стремление наше было однозначно –

Во флот, и только он!

Приехали, а здесь такие штуки.

Не все по нашему сценарию идет.

Нас развели безжалостные руки:

Меня в танкисты, а его — во флот.

Мечта моя на этом оборвалась.

Он моряком, а я танкистом стал.

Но жизнь есть жизнь. Росла и развивалась.

Я горный инженер. Он — контр-адмирал.