Site icon Новости Ульяновска. Смотреть онлайн

В Ульяновске приказали построить секретный бунке, а УАЗ собрался выпускать Mercedes: этот день в истории Ульяновской области — 22 ноября

22 ноября в истории Симбирского края произошло немало интересных, драматических и необычных событий. В 1918 году, вскоре после освобождения Симбирска от антибольшевистских войск, в городе создали революционный театральный кружок, участники которого собирались покончить с коммерческим театром. В 1941 году Государственный комитет обороны принял совершенно секретное постановление о строительстве в Ульяновске подземного убежища площадью 200 квадратных метров. Место предполагаемого бункера остаётся исторической загадкой. Спустя восемь лет родился будущий Герой Советского Союза Николай Малышев, чьи детство и юность прошли в Цильнинском районе. В конце 1970-х областное руководство попросило Москву ежегодно поставлять по 3200 тракторов, в 1991 году городской Совет не смог выбрать нового председателя, а в 1993-м Ульяновский автомобильный завод объявил о совместном проекте с немецким концерном Mercedes-Benz. Вспоминаем восемь примечательных событий, связанных с этой датой.


1918 год. В Симбирске создали революционный театр, который должен был покончить с коммерческими спектаклями

22 ноября 1918 года при культурно-просветительном подразделении Симбирского губернского исполнительного комитета был организован драматический кружок, объединивший 15 членов Российской коммунистической партии большевиков. Новое творческое объединение должно было не просто ставить спектакли, но и воспитывать население в духе революционных идей. Создатели кружка провозглашали необходимость изменить само отношение к театральному искусству, сделав его доступным для рабочих, красноармейцев и других жителей города.

Обстановка, в которой возникло объединение, была чрезвычайно сложной. Всего за два месяца до этого, 12 сентября 1918 года, Симбирск вновь перешёл под контроль Красной армии. Предыдущие месяцы город находился в руках антибольшевистских сил, а смена власти сопровождалась вооружёнными столкновениями, политическими преследованиями и нарушением привычной хозяйственной жизни.

После возвращения большевиков местное руководство начало восстанавливать административные учреждения и одновременно создавать новую систему культурно-просветительной работы. Театр, кинематограф, публичные лекции и литературные вечера рассматривались как важные средства политического воспитания населения.

Уже 18 сентября 1918 года в Симбирске открылся кинотеатр Красной армии. Губернский военный комиссариат выделил на его оборудование четыре тысячи рублей и занялся приобретением кинолент революционного содержания. Организаторы рассчитывали использовать кинематограф для распространения политических идей среди военнослужащих и гражданского населения.

Созданный 22 ноября театральный кружок должен был продолжить эту работу. В организационных документах подчёркивалось, что новая труппа призвана противостоять коммерческим интересам дореволюционного театра.

Объединение разделили на три секции: драматическую, музыкально-вокальную и хозяйственную. Каждая получила возможность самостоятельно выбрать опытного руководителя. Предполагалось, что участники будут не только исполнять роли, но и заниматься музыкальным сопровождением, подготовкой декораций и организацией представлений.

На одном из первых собраний решили провести коллективное чтение пьесы, чтобы определить творческие возможности будущих артистов. Подготовить несколько одноактных и двухактных произведений поручили члену кружка Сидневу. Остальным участникам рекомендовали привлекать знакомых и товарищей, способных пополнить коллектив.

К организации относились весьма серьёзно. В конце ноября представители губернских властей направили командованию коммунистического батальона официальное письмо с просьбой освободить красноармейца Кочеткова от служебных нарядов, поскольку он участвовал в работе драматической секции.

В начале декабря аналогичная просьба поступила в губернский Совет народного хозяйства. На этот раз чиновники требовали освободить от работы двух сотрудников, Елистратова и Хохолкина, чтобы они могли присутствовать на генеральной репетиции.

Первая театральная премьера нового коллектива состоялась 10 декабря 1918 года в Народном доме. Согласно исследованию историка Владимира Миронова, вероятнее всего, зрителям показали драму «Безработные» по пьесе С. Белой. Однако окончательно установить название первого спектакля по сохранившимся документам не удалось.

Перед представлением организаторы выступили с разъяснениями о значении нового пролетарского искусства. Среди выступавших был один из руководителей симбирских большевиков Иосиф Варейкис.

После спектакля состоялся танцевальный вечер, продолжавшийся до пяти часов утра. Для проведения мероприятий в условиях военного времени потребовалось разрешение городского военного коменданта.

1941 год. Сталин приказал построить в Ульяновске секретное подземное убежище: его судьба до сих пор неизвестна

22 ноября 1941 года Государственный комитет обороны СССР принял совершенно секретное постановление № 945сс «О строительстве специальных убежищ» в семи городах страны. В документе, подписанном Иосифом Сталиным, среди прочих населённых пунктов упоминался Ульяновск. Здесь предписывалось в исключительно короткие сроки создать подземный командный пункт-бомбоубежище полезной площадью 200 квадратных метров.

Постановление стало одним из наиболее интересных документов, связанных с историей военного Ульяновска. Долгое время сведения о подобных сооружениях оставались закрытыми, а строительство осуществлялось в условиях строжайшей секретности.

Осенью 1941 года положение Советского Союза было крайне тяжёлым. Немецкие войска наступали на Москву, а правительство рассматривало различные варианты эвакуации центральных органов власти. Часть наркоматов, иностранных дипломатических представительств и других государственных учреждений переместили в Куйбышев.

Особое значение приобрело обеспечение безопасности руководства страны и важнейших административных центров. Государственный комитет обороны распорядился сооружать специальные подземные убежища, которые могли бы использоваться во время воздушных налётов и других чрезвычайных обстоятельств.

Постановление от 22 ноября предусматривало строительство объектов в Ярославле, Горьком, Казани, Ульяновске, Куйбышеве, Саратове и Сталинграде. При этом Куйбышев рассматривался отдельно: там создавался более крупный комплекс по специальному проекту, позднее получивший известность как «бункер Сталина».

В Ульяновске предписывалось построить убежище площадью 200 квадратных метров. Аналогичные по размерам объекты предусматривались для Казани, Саратова, Ярославля и Сталинграда.

Сроки строительства поражали своей жёсткостью. Начать работы требовалось 1 декабря 1941 года, а завершить ульяновский объект — уже к 20 января 1942 года. Таким образом, на создание подземного сооружения отводилось менее двух месяцев.

Общее руководство возлагалось на НКВД СССР, а непосредственное выполнение работ — на Метрострой Народного комиссариата путей сообщения. Для строительства должны были выделить необходимое оборудование, транспорт, инструменты и рабочую силу.

Участникам работ предусматривалась дополнительная оплата — надбавка в размере 50 процентов к заработной плате.

Но особенно интересны решения, которые в тот же день приняли непосредственно в Ульяновске.

22 ноября 1941 года Ульяновский городской комитет обороны издал собственное постановление «О строительстве спецобъекта в г. Ульяновске». В местных документах строительство получило обозначение «объект № 62».

Председателю городского Совета Погоняеву поручили в трёхдневный срок организовать общежития для 500 рабочих и обеспечить размещение инженерно-технического персонала. Дополнительно требовалось выделить 100 квадратных метров служебных помещений.

Руководству городского общественного питания предписывалось организовать обеспечение продовольствием 500 рабочих и 50 инженерно-технических специалистов.

Несмотря на серьёзный дефицит электроэнергии, строительство должно было снабжаться электричеством бесперебойно. Одновременно требовалось обеспечить связь, доставку строительного леса и необходимого оборудования.

На объект направляли три исправных компрессора и от 20 до 25 отбойных молотков. Для ускорения работ предполагалось привлечь специалистов и технику других организаций.

Одним из наиболее необычных распоряжений стала временная остановка работ на сланцевом руднике, снабжавшем город топливом. Его оборудование, транспорт, инструменты и рабочую силу приказали передать на секретное строительство.

Подобное решение показывает, какое значение государственное руководство придавало сооружению подземного убежища. Даже в условиях острого дефицита топлива приоритет отдавался созданию специального объекта.

Однако в этой истории остаётся важная загадка.

В сохранившихся документах не указано точное место строительства убежища. Более того, исследователям не удалось установить, завершили ли работы и использовалось ли сооружение по назначению.

Ульяновский историк Владимир Миронов, изучавший документы военного времени, отмечал, что попытки отыскать следы предполагаемого бункера предпринимались неоднократно. Однако достоверно установить его местоположение не удалось.

Не исключено, что после успешного советского контрнаступления под Москвой строительство потеряло первоначальную актуальность. Но это остаётся предположением, а не установленным историческим фактом.

1949 год. Родился будущий Герой Советского Союза, который вырос под Цильной и спас военную колонну в Афганистане

22 ноября 1949 года на руднике Сагур в Амурской области родился Николай Иванович Малышев — будущий военный лётчик, полковник и Герой Советского Союза. Хотя местом его рождения был Дальний Восток, почти всё детство и юность Малышева оказались связаны с Ульяновской областью. Именно здесь он учился, работал и впервые задумался о военной карьере.

В 1953 году семья Малышевых переехала в деревню Кашинка Цильнинского района. Родители вернулись в места, откуда происходили их родственники, и поселились в небольшом населённом пункте, где будущий герой провёл важнейшие годы своего детства.

Николай учился в сельской школе. После начальных классов ему пришлось продолжить образование вдали от дома. Впоследствии он посещал школу в Цильне, где проявлял интерес к спорту и мечтал стать военным лётчиком.

По воспоминаниям родственников, мальчик отличался решительным характером, физической выносливостью и стремлением к самостоятельности. Он занимался спортом, участвовал в школьной жизни и с юных лет интересовался авиацией.

Однако путь к мечте оказался непростым.

После окончания школы Малышев попытался поступить в лётное училище, но не прошёл медицинскую комиссию. Молодому человеку пришлось временно отказаться от планов связать жизнь с авиацией. Он устроился слесарем в железнодорожное депо.

В 1968 году Малышева призвали на службу в Советскую армию. Первоначально он служил в воздушно-десантных войсках, а спустя два года всё-таки получил возможность осуществить свою мечту — поступил в Сызранское высшее военное авиационное училище лётчиков.

В 1974 году Николай окончил училище с отличием и начал службу в вертолётных подразделениях. В дальнейшем он проходил службу в различных военных округах и частях советской авиации.

Во время войны в Афганистане Малышев дважды направлялся в район боевых действий — в 1982–1983 и 1985–1986 годах. Он занимал должность заместителя командира вертолётной эскадрильи по политической части и одновременно выполнял боевые задания.

За время службы в Афганистане лётчик совершил 780 боевых вылетов, проведя в воздухе более 820 часов. Эти цифры свидетельствуют об исключительной интенсивности его боевой работы.

Один из наиболее известных эпизодов произошёл во время операции по сопровождению советских военнослужащих. Мотострелковая колонна попала в засаду, и подразделение оказалось под угрозой уничтожения.

Малышев одним из первых обнаружил огневые позиции противника и начал наносить по ним удары с вертолёта. Его действия позволили удержать противника до прибытия дополнительной авиационной поддержки.

За проявленные мужество и героизм указом Президиума Верховного Совета СССР от 13 января 1987 года Николаю Малышеву присвоили звание Героя Советского Союза. Ему вручили орден Ленина и медаль «Золотая Звезда».

После завершения службы в Афганистане лётчик продолжил военную карьеру, а позднее преподавал и занимался ветеранской деятельностью.

Особую связь он сохранял с Цильнинским районом. Малышев неоднократно приезжал на родину своего детства, встречался со школьниками и участвовал в памятных мероприятиях.

В 1989 году в Цильнинском районе начали проводить баскетбольный турнир его имени. Соревнования стали ежегодной традицией и продолжились после смерти героя.

3 января 2018 года Николай Малышев трагически погиб в автомобильной катастрофе на территории Мордовии. Он возвращался из поездки, связанной с родными местами. Вместе с ним погибла супруга.

В последующие годы память о лётчике увековечили в Ульяновской области. Его имя присвоили Цильнинской средней школе, в учебном заведении установили парту Героя, а в Кашинке появилась мемориальная доска на доме, где он жил.

1978 год. Ульяновская область попросила Москву ежегодно выделять 3200 тракторов из-за нехватки техники в колхозах

22 ноября 1978 года первый секретарь Ульяновского областного комитета КПСС Иван Кузнецов и председатель облисполкома Владимир Кузьмичёв направили министру сельского хозяйства РСФСР Леониду Флорентьеву официальное письмо с просьбой увеличить поставки сельскохозяйственной техники в регион.

Документ свидетельствовал о серьёзных проблемах технического обеспечения местных колхозов и совхозов. Несмотря на масштабную механизацию сельского хозяйства в послевоенные десятилетия, к концу 1970-х годов многие предприятия Ульяновской области продолжали испытывать значительный недостаток тракторов.

Особенно остро нехватка ощущалась во время проведения сезонных полевых работ. Тракторы использовались не только для вспашки, культивации и посева, но и для транспортировки урожая, обслуживания зерноуборочных комбайнов и выполнения многочисленных хозяйственных операций.

В письме отдельно подчёркивалась необходимость обеспечения бесперебойной работы комбайнов во время уборки зерновых культур. Отсутствие достаточного количества колёсных тракторов могло приводить к простоям техники, задержкам вывоза зерна и дополнительным потерям урожая.

Областное руководство просило министра изыскать возможность поставить Ульяновской области в 1979 и 1980 годах по 3200 тракторов ежегодно.

Таким образом, речь шла о потенциальной поставке 6400 машин за два года.

При этом из ежегодного количества 1700 тракторов должны были относиться к категории пропашных. Подобная техника предназначалась для обработки междурядий и выполнения работ на полях с различными сельскохозяйственными культурами.

Масштаб запроса показывает, насколько серьёзной была проблема обеспечения региона машинами. Для сравнения: даже в условиях современной механизации приобретение нескольких тысяч тракторов представляет собой крупную программу обновления сельскохозяйственного парка.

Однако в советской плановой экономике местные хозяйства не могли самостоятельно решить вопрос увеличения поставок.

Производство тракторов осуществлялось крупными заводами, а распределение готовой техники зависело от государственных планов и решений отраслевых ведомств. Количество машин, направляемых в отдельные области, определялось централизованно.

Это означало, что даже при наличии острой потребности региональное руководство должно было обращаться за дополнительными лимитами непосредственно в министерство.

Письмо от 22 ноября 1978 года представляет интерес ещё и потому, что позволяет увидеть практические проблемы советского сельского хозяйства за официальными отчётами о производственных достижениях.

В газетах того времени регулярно публиковались материалы об увеличении урожайности, социалистических соревнованиях и внедрении передовых технологий. Однако повседневная работа колхозов и совхозов во многом зависела от состояния машинно-тракторного парка.

Недостаток техники приводил к увеличению нагрузки на механизаторов, ускоренному износу оборудования и необходимости постоянно ремонтировать старые машины.

Особенно тяжёлыми такие проблемы становились в период уборки урожая, когда задержка всего на несколько дней могла привести к значительным потерям.

Интересно, что документ был подписан двумя высшими руководителями области — первым секретарём обкома партии и председателем исполнительного комитета областного Совета. Подобный уровень обращения подчёркивал важность поставок для экономики региона.

1991 год. В Ульяновске приняли отставку председателя горсовета, но нового руководителя выбрать не смогли

22 ноября 1991 года состоялась седьмая сессия Ульяновского городского Совета народных депутатов. Одним из главных вопросов повестки стала отставка председателя Совета Георгия Ступникова, которого незадолго до этого назначили представителем президента РСФСР по Ульяновской области.

Событие происходило в исключительно напряжённой политической обстановке. Советский Союз переживал последние недели существования, прежняя система партийного руководства стремительно разрушалась, а в российских регионах формировались новые органы исполнительной власти.

Для Ульяновской области переходный период оказался особенно конфликтным. Осенью 1991 года регион оказался в центре противостояния между сторонниками президента Бориса Ельцина и представителями местного политического руководства.

24 октября президент РСФСР подписал указ о назначении Валентина Малафеева главой администрации Ульяновской области. Однако это решение вызвало сопротивление части областного Совета народных депутатов.

28 октября состоялась чрезвычайная сессия областного Совета, участники которой выступили против президентского назначения. Конфликт сопровождался митингами, публичными заявлениями и обращениями к федеральным властям.

В начале ноября Ельцин отменил своё первоначальное решение о назначении Малафеева. Ситуация продемонстрировала, насколько сложным был процесс перехода от советской системы управления к новой модели региональной исполнительной власти.

На этом фоне важное назначение получил Георгий Ступников. Он стал представителем президента РСФСР в Ульяновской области, что потребовало освобождения от должности председателя городского Совета.

22 ноября депутаты официально приняли его отставку.

Однако вопрос о новом руководителе оказался значительно сложнее.

На должность председателя городского Совета первоначально выдвинули три кандидатуры: заместителя председателя Николая Повтарева, руководителя бюджетно-финансовой комиссии Ивана Гаркина и управляющего Поволжским филиалом «Инкомбанка» Сергея Марьева.

Последний впоследствии взял самоотвод.

Таким образом, основная борьба развернулась между двумя кандидатами — Повтаревым и Гаркиным.

Результаты голосования показали отсутствие единства среди депутатов. Николай Повтарев получил 68 голосов, а Иван Гаркин — 61.

Несмотря на преимущество Повтарева, необходимого результата добиться не удалось. Городской Совет назначил новые выборы председателя.

Эта ситуация стала характерным примером политической неопределённости начала 1990-х годов. Депутаты, избранные ещё в условиях советской системы, теперь должны были работать в совершенно иной политической обстановке.

Параллельно происходило перераспределение полномочий между представительными органами и администрациями, менялась финансовая система, появлялись новые политические объединения и общественные движения.

Для Ульяновска вопрос о руководителе городского Совета был не просто кадровым назначением. От него зависело взаимодействие депутатского корпуса с исполнительной властью и участие города в масштабных преобразованиях, которые проводились на федеральном уровне.

Разрешить политическую неопределённость удалось спустя несколько дней. 25 ноября, во время продолжения сессии, Николая Повтарева избрали председателем городского Совета в третьем туре голосования.

1993 год. Ульяновский автозавод объявил о совместном проекте с Mercedes-Benz: в городе собирались выпускать немецкие микроавтобусы

22 ноября 1993 года акционерное общество «Ульяновский автомобильный завод» объявило о совместном проекте с немецким автомобильным концерном Mercedes-Benz. Планировалось создать в Ульяновске новые производства малотоннажных автомобилей семейства Т-1, включая микроавтобусы, грузовые фургоны, небольшие грузовики и санитарные машины.

Сообщение прозвучало в репортаже журналиста Геннадия Демочкина для «Радио России» и стало одним из наиболее заметных событий в промышленной жизни региона начала 1990-х годов.

К тому времени Ульяновский автомобильный завод оказался в сложной экономической ситуации. Предприятие, десятилетиями работавшее в условиях государственного планирования, столкнулось с резким изменением хозяйственной системы.

Распад Советского Союза привёл к нарушению производственных связей, сокращению привычных государственных заказов и необходимости самостоятельно искать поставщиков, покупателей и источники финансирования.

Особенно болезненным оказался кризис неплатежей. Предприятия задерживали расчёты друг с другом, происходило обесценивание оборотных средств, а инфляция затрудняла долгосрочное планирование производства.

В этих условиях сотрудничество с крупными иностранными компаниями рассматривалось как один из возможных способов модернизации промышленности.

Первые контакты УАЗа с Mercedes-Benz, согласно репортажу Демочкина, начались ещё в 1991 году.

За последующие два года стороны согласовали общую концепцию будущего проекта. В июле 1993 года предложения по сотрудничеству представили председателю правительства России Виктору Черномырдину во время его поездки в Германию.

Особое внимание уделялось автомобилям семейства Mercedes-Benz T1.

Эти машины представляли собой семейство малотоннажных коммерческих автомобилей, выпускавшихся немецким производителем с конца 1970-х годов. Модельная линейка включала пассажирские микроавтобусы, грузовые фургоны, шасси для специализированных надстроек и другие варианты.

Для России начала 1990-х годов подобная техника представляла значительный интерес. На внутреннем рынке ощущалась нехватка современных малотоннажных автомобилей, пригодных для коммерческих перевозок и обслуживания предприятий.

Особенно востребованными могли оказаться санитарные автомобили. В медицинских учреждениях страны продолжали использовать различные модели советского производства, а обновление парка машин скорой помощи требовало значительных вложений.

Планировалось, что производство немецких автомобилей будет организовано непосредственно в Ульяновске.

При этом действующие мощности УАЗа предполагалось сохранить. Завод должен был продолжить выпуск привычных моделей внедорожников, одновременно осуществляя их модернизацию.

В интервью журналисту генеральный директор УАЗа Пётр Лежанкин говорил о необходимости расширять производственные возможности предприятия.

Более того, в его рассуждениях прозвучала идея в перспективе выпускать не только автомобили, но и другие виды массовой техники, включая самолёты и суда.

Подобные заявления отражали характерный для того времени поиск новых направлений деятельности крупных промышленных предприятий.

Руководители заводов понимали, что сохранение прежней производственной структуры без модернизации может привести к потере рынков и дальнейшему экономическому ухудшению.

Однако далеко не все планы сотрудничества с иностранными компаниями удавалось реализовать.

В последующие годы УАЗ продолжал испытывать финансовые проблемы, а проект организации масштабного производства автомобилей Mercedes-Benz T1 не превратился в серийную программу, о которой говорилось в ноябре 1993 года.

Тем не менее само объявление о сотрудничестве стало важным свидетельством попыток предприятия встроиться в международную автомобильную промышленность.

1993 год. Правительство России передало Ульяновской области театры, филармонию и другие государственные учреждения

В тот же день, 22 ноября 1993 года, председатель правительства России Виктор Черномырдин подписал постановление № 1211 о передаче государственных предприятий, организаций и учреждений в собственность Ульяновской области.

На первый взгляд подобное решение могло показаться обычным административным документом. Однако в действительности оно являлось частью масштабного преобразования системы государственного управления и распределения собственности после распада Советского Союза.

В советские годы значительная часть предприятий, учреждений культуры и других организаций находилась в собственности государства. Управление ими осуществлялось через центральные министерства и ведомства, а местные органы власти обладали ограниченными полномочиями.

После образования Российской Федерации возникла необходимость разграничить собственность между федеральным центром, субъектами страны и муниципальными образованиями.

Передача имущества регионам стала одной из ключевых составляющих этого процесса.

Постановление от 22 ноября 1993 года предусматривало передачу Ульяновской области ряда учреждений, которые до этого относились к различным федеральным ведомствам.

В частности, в перечне упоминались областной драматический театр, филармония, театр кукол, областная детская библиотека, областной дом народного творчества и курсы повышения квалификации работников культурно-просветительных учреждений.

Кроме того, документ касался государственного имущества, находившегося в пользовании акционерного общества «Автотранспортник».

Особенно интересным является включение в перечень крупнейших учреждений культуры Ульяновска.

Драматический театр, театр кукол и филармония занимали важное место в культурной жизни региона. Их деятельность была связана с организацией спектаклей, концертов, гастролей, образовательных программ и других мероприятий.

Передача подобных объектов областным властям означала изменение порядка управления имуществом и распределения ответственности за деятельность учреждений.

При этом сам факт перехода имущества в региональную собственность не означал автоматического улучшения финансового положения.

В начале 1990-х годов бюджеты всех уровней испытывали серьёзные трудности. Инфляция, падение производства и сокращение государственных доходов создавали проблемы для финансирования социальной и культурной сферы.

Многие театры и концертные организации были вынуждены искать дополнительные источники доходов, развивать коммерческую деятельность и менять репертуарную политику.

В этих условиях получение объектов в собственность региона одновременно означало появление новых возможностей управления и дополнительных финансовых обязательств.

Интересно, что постановление 1993 года позволяет проследить административную историю учреждений, которые жители Ульяновска сегодня воспринимают как неотъемлемую часть областной культурной инфраструктуры.

Для современного читателя областной театр или филармония обычно ассоциируются с региональными властями. Однако их нынешний правовой статус формировался постепенно, в том числе благодаря подобным решениям федерального правительства.

Документ от 22 ноября 1993 года стал одним из этапов этого процесса.

Он показывает, что экономические преобразования начала 1990-х годов затрагивали не только заводы, банки и торговые предприятия, но и культурные учреждения, библиотеки и другие социально значимые организации.

Exit mobile version