Ульяновская область вошла в число лидеров по росту зарплат за последние годы – средние доходы здесь выросли почти вдвое. Однако парадоксально, что на фоне рекордного роста оплат многие компании региона испытывают острый дефицит квалифицированных кадров. Молодые люди все чаще предпочитают работе инженера с зарплатой 70 тысяч пойти в курьеры или таксисты за 120 тысяч. В этой статье разбираемся, как так вышло, что зарплаты растут, а высококвалифицированных специалистов не хватает.

Рост зарплат бьет рекорды, Ульяновск – в топ-10 регионов

По данным статистики, средняя зарплата в России за пять лет (2020–2025) выросла на 100%, то есть вдвое, и к октябрю 2025 года достигла 99,7 тыс. рублей в месяц. Ульяновская область превзошла общероссийский уровень: здесь средние трудовые доходы увеличились на 120% за тот же период. Такой рывок вывел регион в топ-10 по темпам роста зарплат. К примеру, в Татарстане за пять лет зарплаты выросли сильнее всего – на 134%, в Курганской области – на 130%, в Удмуртии – на 128%. Ульяновская область показала результат лишь ненамного ниже лидеров и опередила ближайших соседей по Поволжью – Марий Эл (+119%) и Оренбургскую область (+116%).

Такие темпы означают, что во многих отраслях региона номинальные зарплаты действительно удвоились по сравнению с 2020 годом. Например, если средняя оплата труда в 2020-м составляла порядка 40–45 тысяч рублей, то к концу 2025 года она приблизилась к 90 тысячам. Для сравнения, в целом по стране средняя зарплата сейчас около 100 тысяч рублей, то есть ульяновские показатели близки к среднероссийским. Экономисты отмечают, что столь высокий рост частично связан с догоняющим эффектом: пять лет назад уровень оплаты труда в регионе был ниже среднего, поэтому многие работодатели вынужденно поднимали зарплаты, чтобы удержать сотрудников. Кроме того, сказалось общее повышение минимальной оплаты труда и конкуренция за персонал во время пандемии и после нее.

Кадровый дефицит охватил почти все компании региона

Несмотря на рост зарплат, почти 90% ульяновских компаний испытывали в 2025 году трудности с подбором персонала. Исследование сервиса hh.ru показало, что каждая шестая компания в области (17%) столкнулась с острым дефицитом сотрудников, еще 28% ощутили нехватку работников по многим направлениям, а 42% испытывали сложности с поиском отдельных узких специалистов. Лишь 10% организаций заявили, что проблемы с кадрами у них минимальны, и только 2% вовсе не почувствовали дефицита. Иными словами, в 98% компаний региона есть кадровый голод той или иной степени.

Труднее всего найти персонал в сферах с невысокими зарплатами и тяжелыми условиями труда. Лидером по кадровому голоду стал гостинично-ресторанный бизнес (гостиницы, общепит, кейтеринг) — здесь о критической нехватке работников заявили 32% работодателей. Ненамного лучше ситуация в логистике (острый дефицит у 27% компаний). В отраслях розничной торговли, легкой промышленности, а также строительства и недвижимости о нехватке сотрудников сообщили по 22% организаций. В добывающей промышленности острый дефицит кадров отмечают 21% работодателей, в сфере услуг для бизнеса и населения – 18%, в финансово-технологическом секторе – 16%. Самая стабильная обстановка в ИТ-отрасли: лишь 5% ИТ-компаний региона пожаловались на острый кадровый кризис, хотя почти половина (44%) все же испытывает трудности с подбором отдельных высококлассных специалистов.

Главный вопрос – почему при росте зарплат практически повсеместно кадровые проблемы остаются такими острыми? Работодатели сами указывают причины: им все сложнее привлечь и удержать людей на предлагаемых условиях труда. Основные причины дефицита кадров (по данным опроса hh.ru):

Неконкурентный уровень оплаты труда – так ответили 50% ульяновских компаний. Несмотря на общее повышение зарплат, в ряде отраслей они все еще слишком низкие, чтобы заинтересовать соискателей.

Завышенные требования к кандидатам – 32% работодателей признают, что сами ищут «идеальных» сотрудников и выставляют слишком строгий отбор, которому мало кто соответствует.

Тяжелые или непривлекательные условия работы – 28% опрошенных. Речь о том, что люди не хотят идти на физически тяжелую, опасную или монотонную работу, либо туда, где ненормированный график и выгорание.

Слабый бренд работодателя – 23%. Компании отмечают, что не могут конкурировать за кадры, потому что малоизвестны или не имеют имиджа привлекательного работодателя.

Низкая квалификация рекрутеров и менеджеров по найму – 20% считают, что у нанимающих руководителей не хватает навыков, из-за чего подбор сотрудников затягивается или оказывается неэффективным.

Непривлекательность отрасли – 9% признают, что сама сфера их бизнеса не заманивает новых специалистов (например, это может относиться к устаревающим или низкотехнологичным отраслям).

Медленный или неэффективный найм – 3% винят в дефиците плохо организованную работу HR-отдела, слишком медленное закрытие вакансий и ошибки при отборе персонала.

Неудивительно, что в половине случаев основная проблема – низкие зарплаты. Это подтверждается и структурой дефицита: больше всего не хватает именно тех работников, чей труд традиционно оплачивался скромно (персонал ресторанов, магазинов, водители, грузчики и т. п.). За последних несколько лет рынок изменился – люди не готовы работать «за идею» или терпеть дискомфорт, когда есть альтернативы в других сферах с лучшими условиями.

Курьеры вместо инженеров: перекос на рынке труда

Ситуация, когда работник низкоквалифицированной сферы зарабатывает больше инженера, еще недавно могла показаться нонсенсом. Однако сегодня это реальность российского рынка труда. Курьеры и водители такси в больших городах могут получать больше, чем инженеры, и это уже признают на самом высоком уровне. Как отмечает председатель «Единой России» Дмитрий Медведев, подобный перекос – тревожный сигнал: рынок все больше требует работников сервиса, но «зарплата курьера не должна быть выше зарплаты инженера», иначе страна рискует столкнуться с дефицитом кадров в реальном секторе. По его словам, если массово происходит «переток людей из реального сектора в курьеры и частный извоз», то это грозит проблемами – на заводы и в производство затем просто некому будет встать.

Почему так произошло? Эксперты связывают взлет зарплат в доставке и такси с бумом онлайн-торговли и пандемийными изменениями потребления. Сервисы доставки товаров и еды выросли взрывными темпами, им постоянно нужны курьеры – спрос на этих работников повышенный, отсюда и рост их доходов на ~40% за год. Кроме того, в стране в последние годы сократилось предложение рабочей силы в целом (в том числе из-за демографии и оттока мигрантов), поэтому компании готовы платить больше за исполнителей простых задач. Свое влияние оказывают и особенности занятости: курьеры часто работают как самозанятые, платят всего 4–6% налога и самостоятельно планируют график. Многие выбирают максимально интенсивный труд – по 50–60 часов в неделю – и таким образом наращивают ежемесячный заработок. В итоге в Москве средний курьер сейчас получает около 130 тысяч рублей в месяц, тогда как среднестатистическому работнику с высшим образованием предлагают около 105 тысяч. По данным сервиса SuperJob, зарплатные предложения для курьеров в столице на 19% выше, чем для офисных специалистов. И это не предел: были случаи, когда опытные курьеры в пиковые сезоны зарабатывали до 150 тысяч рублей в месяц (в частности, за счет щедрых чаевых и переработок) – уровень, сопоставимый с оплатой труда IT-инженеров.

Для регионов цифры ниже, но тенденция та же. В Ульяновске квалифицированному инженеру сегодня предлагают вакансию с зарплатой порядка 70–100 тысяч рублей. Например, инженер-программист на авиационном предприятии может рассчитывать на 70 тыс. оклада (до 100 тыс. максимум с бонусами). В то же время водитель службы доставки или такси при полной занятости способен получать 80–120 тысяч, особенно если устроится в крупную федеральную компанию или возьмет смены по вечерам и выходным. Зачем идти в инженеры за 70 тысяч, если курьером платят 120? Такой прагматичный выбор все чаще делают молодые люди. Депутаты отмечают: многие, кто раньше трудился на стройках или на производстве, сейчас ушли в курьеры – их привлекают более свободный график, отсутствие строгих начальников и возможность сразу получать реальные деньги за свой труд.

Правда, курьерский труд не так прост, как кажется, – он физически тяжелый, монотонный и небезопасный (особенно на дороге и в непогоду). Но для вчерашнего выпускника вуза он может оказаться привлекательнее, чем перспектива годами пробиваться в конструкторском бюро на скромный оклад. Каждый пятый россиянин с высшим образованием зарабатывает меньше среднего курьера, и это серьезный вызов для экономики знаний. Если талантливые молодые кадры не идут в инженерию, науку, медицину из-за низких зарплат, то через несколько лет промышленность и социальная сфера рискуют недополучить сотни специалистов. Уже сейчас ульяновские работодатели сигнализируют о нехватке инженеров, врачей, учителей, хотя вузы выпускают дипломированных специалистов. Проблема в том, что уровень оплаты труда выпускников технических и вузовских специальностей не успевает за рынком. Экономисты указывают, что решить перекос можно только повышением зарплат квалифицированным работникам – чтобы инженер на заводе получал не меньше курьера. В противном случае тренд оттока кадров в более простые, но выгодные сферы продолжится.

Таким образом, Ульяновская область оказалась на перепутье. С одной стороны, регион добился впечатляющего роста зарплат, войдя в десятку лучших по стране. С другой – этот рост не спас от кадрового голода, особенно в высокотехнологичных областях. Значительная часть прибавки пришлась на низкоквалифицированный труд, тогда как оплату квалифицированных специалистов рынок подтягивает медленнее. Если заводские инженеры и врачи будут получать меньше курьеров и таксистов, неудивительно, что молодежь выбирает доставку пиццы вместо чертежей и исследований. Бизнесу и власти предстоит ответить на этот вызов: либо повышать привлекательность и оплату интеллектуального труда, либо мириться с тем, что лучшие головы уйдут туда, где платят больше. Пока же рост зарплат в регионе – это во многом рост в сервисных отраслях, и он не решает проблему дефицита инженеров и других профессионалов.

Виктор АНИКИН.