Site icon Новости Ульяновска. Смотреть онлайн

“Забрали из больницы в Ульяновске, чтобы поместить в больницу “Матросской Тишины”

Серия громких задержаний сотрясла властный олимп Ульяновской области летом 2018 года. Следствие объявило: министр здравоохранения, семьи и социального благополучия региона Рашид Абдуллов в сговоре с председателем социального комитета ульяновского Заксобрания Игорем Тихоновым, руководителем акционерного общества “УльяновскФармация” Ольгой Кузнецовой и её заместителем Евгением Коганом организовал хищение около 10,5 млн рублей из выделенных бюджетом на закупку медицинского кислорода для лечебных учреждений области. А в декабре 2018-го по этому делу был задержан и предыдущий глава ульяновского минздрава Павел Дегтярь.

Уголовное дело сразу получило неформальный высочайший статус: оно находится в производстве Главного следственного управления СКР, в Москве. С тех пор об успехах следствия не слышно.

Два фигуранта “фармдела”, Кузнецова и Дегтярь, находятся под домашним арестом, а Тихонов, Коган и Абдуллов — в СИЗО “Матросская Тишина”. 26 февраля Басманный райсуд Москвы будет рассматривать ходатайство следствия о новом продлении срока пребывания под стражей для Рашида Абдуллова. Его адвокат Роберт Халиуллин заявил “Idel.Реалии”, что в отношении его подзащитного уголовное преследование неоправданно, а содержание в СИЗО —опасно для жизни.

—​ Какие конкретно обвинения предъявляются Рашиду Абдуллову?

— Обвинение в мошенничестве ему было предъявлено 2 августа 2018 года. Фабулу обвинения подробно описывать не буду, а суть её заключается в следующем. Госконтракт на поставку медицинских изделий был заключен по результатам аукциона, изделия заказчику поставлены, но следствие считает, что исполнение сторонами обязательств по заключенному контракту является составом преступления, предусмотренного ч.4 статьи 159 УК РФ. При этом Абдуллов организатором этого аукциона вообще не являлся.

—​ А в чём, по мнению следствия, состояло его участие?

— Ему вменяется в вину получение денежных средств, выплаченных при выполнении этого контракта. Доказательств как таковых сторона защиты не видела и, возможно, не увидит.

Моя позиция как защитника — исполнение сторонами своих обязательств по контракту, заключенному на основании официально проведенного аукциона, в принципе не может образовывать состава какого-либо преступления. Вы ведь представляете, каким образом на официальной электронной площадке госзакупок обеспечивается соблюдение действующего законодательства.

—​ Однако следствие в отношении Абдуллова идёт. Какие следственные действия проведены за это время?

— За весь период его содержания под стражей — а это уже больше семи месяцев — с ним следственные действия производились всего трижды: 2 августа 2018 года (тогда ему было предъявлено обвинение), в середине августа было одно промежуточное следственное действие и 4 февраля 2019 года ему было предъявлено новое обвинение. То есть, за всё это время у следователя не было либо возможности, либо желания работать с арестованным подследственным.

Кстати, осуждение такой практики я обнаружил в стенограмме недавнего послания президента России Владимира Владимировича Путина:

“Действительно, смотрите, человек сидит за решеткой, его ни разу в течение нескольких месяцев не вызывали на допрос. Прокурор спрашивает: “Почему на допрос не вызывали?” — “В отпуске был следователь”, — отвечают. Там загрузка огромная, конечно… Но как так? У него сидит человек за решеткой, а он в отпуск пошел и за несколько месяцев ни разу на допрос не вызвал. Такого не должно быть, надо точно с этим разобраться. Я прошу Верховный Суд и Генеральную прокуратуру проанализировать еще раз эти проблемы и представить соответствующие предложения”.

Я уж не знаю, был ли наш следователь в отпуске, но факт налицо, что за полгода — всего два следственных действия. А человек сидит в СИЗО.

—​ Сам Абдуллов что-то из предъявленных ему обвинений признает?

— Позиция его такова: он не причастен ни к каким преступлениям и не имеет никакого отношения к тому, в чём его обвиняют. Причём он высказывает такую позицию изначально.

Причину его уголовного преследования я затрудняюсь сформулировать, оперировать предположениями не буду, конечно. Полагаю, что и само следствие не будет устанавливать причину, почему именно Абдуллов привлечен к уголовной ответственности. Наоборот, те нарушения, которые были допущены при возбуждении дела — они в ходе следствия будут нарастать и далее, как снежный ком. И видимо, их придется разбирать компетентному суду уже при постановлении итогового решения по делу, т.е. приговора.

—​ А почему ульяновский экс-министр содержится в “Матросской тишине” в Москве?

И вот это расстояние следователь не может преодолеть, чтобы производить с Абдулловым следственные действия

— Потому, что местом производства предварительного расследования было определено Главное следственное управление СК России. Кстати, расположено оно в Москве в Техническом переулке, это до “Матросской тишины” минут 10-15 пешком — и вот это расстояние следователь не может преодолеть, чтобы производить с Абдулловым следственные действия.

Не буду много говорить о личности Абдуллова, хотя это — заслуженный врач, детский хирург с многолетней практикой. Но это человек, которого забрали из реабилитационного отделения больницы в Ульяновске, перевезли в реанимационное отделение московской больницы, чтобы поместить под стражу в больницу следственного изолятора.

—​ А что с ним?

— Диагнозы его я раскрывать не могу, но его заболевания официально относятся к числу угрожающих жизни. Более того, во время заключения у него появилось еще одно заболевание. Он и сейчас находится в медчасти “Матросской тишины”.

Несмотря на это, следствие уже в третий раз вышло в суд с ходатайством о продлении его содержания в СИЗО — оно будет рассматриваться Басманным райсудом Москвы 26 февраля. Основания всё те же: следствие не успело собрать доказательства по делу, а подследственный может этому препятствовать — причём никаких доказательств последнего следствие, как водится, не приводит.

У нас Уголовный кодекс и Уголовно-процессуальный во главу угла ставят Конституцию России, нормы международного права, а и наша Конституция, и все эти нормы устанавливают приоритет прав человека — для Абдуллова в данном случае речь идет о ключевом праве, праве на жизнь и здоровье. Всем, по крайней мере, юристам, известна практика Европейского суда по правам человека по длительному содержанию под стражей до приговора и “дело Дирдизова”. Дирдизов, кстати, из Татарстана, а сейчас “дело Дирдизова” ЕСПЧ во всех своих постановлениях отмечает как прецедентное.

В УПК РФ есть соответствующая статья, которая содержит прямой запрет на заключение под стражу по делам экономической направленности. Генпрокуратура России ссылается на эту статью, указывая на недопустимость заключения под стражу в таких делах. А дело, по которому проходит Абдуллов — как раз экономической направленности. Однако следствие, во-первых, возбуждает уголовное дело в связи с тем, что коммерческая организация, как они считают, совершила мошенничество при исполнении госконтракта, — а во-вторых, в ходатайстве о продлении его срока содержания под стражей пишут, что это дело не относится к категории дел экономической направленности!

—​ В чем, собственно, фабула этого уголовного дела? Установило ли следствие какие-либо нарушения закона при проведении того самого аукциона на закупку товаров для медучреждений Ульяновской области?

— Во всяком случае, у нас таких сведений нет. Аукцион был проведен в соответствии с действующим законодательством, по результатам его был заключен договор с “УльяновскФармацией”, эта фирма исполнила свои обязательства по договору, получила денежные средства. И вот эти полученные денежные средства, по мнению следствия, как раз и являются предметом хищения по данному делу.

—​ Какое отношение имел министр Абдуллов к полученным “УльяновскФармацией” деньгам?

— Да, собственно говоря, никакого. Достаточно сказать, что он возглавил Минздрав Ульяновской области, когда практически контракты уже были исполнены. Образно говоря, этот человек оказался на пожаре, который загорелся ещё до него. Я не буду называть фамилии тех, кто занимался этим вопросом до него.

(Рашид Абдуллов был назначен министром здравоохранения, семьи и социального благополучия Ульяновской области 1 июня 2017 г. Тогда занимавший эту должность до него Павел Дегтярь был переведен на должность замгубернатора по взаимодействию со СМИ. В декабре 2018-го Дегтярь также был задержан по этому же делу, но ему была назначена более мягкая мера пресечения в виде домашнего ареста по месту его жительства в Ульяновске. —​ “Idel.Реалии”)

—​ В таком виде ситуация выглядит странно. Настолько, что если опираться на известную, к сожалению, российскую практику, довольно логичным выглядит предположение, что путем криминализации экономической сделки с привлекательного рынка медицинских госзакупок окажется удален крупный, по-видимому, игрок – АО “Ульяновскфармация”… А победа над коррупцией в лице целого регионального министра —​ ещё и особый бонус правоохранителям.

— Оперировать предположениями я не буду.

—​ То, что это ульяновское дело забрали для расследования в Москву, на что-то указывает?

— Это не уникальный случай. Закон предусматривает возможность изъять любое дело и передать его в производство Главного следственного управления СК России. Например, дело “Булгарии” тоже оно расследовало.

—​ Словом, можно предположить, что дела забирают в Москву, когда речь идет об акценте на особый резонанс.

— По сути, так. И сами посудите: когда Абдуллова повезли на арест в Москву, об обвинениях в его адрес сразу стали писать все СМИ. А публикации в СМИ — они ведь создают определенное мнение не только у публики, но и у лиц, у которых дело находится в производстве.

—​ Абдуллову вменяется хищение на сумму более 10 млн рублей. Деньги при обыске его жилья и служебного помещения были обнаружены? Или, может быть, на его счетах?

— Очень интересный вопрос! А ответ такой: ничего противоправно нажитого у него не обнаружено.

Источник.

Exit mobile version