«Сходил» вместо ватерклозета в печь». Как бедокурили симбирские школьники?
![](https://misanec.ru/wp-content/uploads/2018/11/Симбирская-гимназия.jpg)
Симбирская гимназия – старейшее учебное заведение в Симбирской губернии. Официально, она открылась в 1809 году, но его история начиналась ещё в конце XVIII столетия, с главного народного училища Симбирской губернии.
Чинные гимназистики в чистеньких мундирчиках – такими предстают они нам со старинных фотоснимков. Но, приходя в музей «Симбирская гимназия», люди, первым делом, спрашивают: «А где здесь был карцер?». Гимназисты, ровно нынешние школьники, покуривали в отхожем месте, поколачивали младших товарищей, дурно вели себя на уроках, читали «посторонние книги» и «упорно ленились». О том свидетельствуют кондуитные списки, перечни нарушений, в которых строгие педагоги уличали воспитанников. Чтобы сделать из этой массы настоящих людей и требовались строгие меры.
Гимназистов в единственную мужскую гимназию свозили со всей губернии. Многие жили, под присмотром строгих дядек, в гимназическом пансионе. За проступки запросто лишали чая (чай считался роскошью), завтрака, ужина, сажали в карцер. В отпуск к родне или знакомым отпускали только по «билетам», типа увольнительных свидетельств у военных, с обязательной отметкой о прибытии.
Дети обязаны были посещать церковные службы, посещать публичные места только под присмотром взрослых и в гимназической форме. Это надо иметь в виду, читая, что гимназист Медведков 2 февраля 1897 года «явился из театра в пансион часом позднее других, вследствие бытности его в маскараде без дозволения, одевшись в штатский костюм». Некто Левитский «явился на молитву в туфлях». Третьеклассник Ростовых «ушел в гимназию без калош». Семикласник Самойлов «носил фуражку не вполне форменного покроя».
Скучный пансионный быт гимназисты разнообразили, как умели. Некто Иссинский «натер нюхательным табаком лицо Благовещенскому» и «вымазал ваксой стены отхожего места». Гимназист Вельц «ради шалости испортил несколько ламповых стекол – брызгал на них водой, так что стекла полопались». Приготовишка Забродин «сходил» вместо ватерклозета в печь». А его старший товарищ Преображенский «сжег сапожную щетку».
Бойкий третьеклассник Богданов «самовольно в пансионе зазвонил в колокольчик, что было принято учениками за приглашение воспитателя идти на плац, и этим произвел беспорядки». Пятиклассник Карсаков «в классе кидался мелом, причем угодил неосторожно в господина преподавателя», а в другой раз «во время урока в классе, отворивши дверь в коридор, плюнул туда». А гимназист Гурьев и вовсе, «пел во время занятий в отхожем месте»!
Кроме папирос, великовозрастные школяры баловались и «чем покрепче». Гимназист Петров, «купивши водки, пил в отхожем месте пансиона». А натертый табаком Благовещенский «во время масленицы замечен был в том, что однажды из театра бегал через улицу в ресторан для покупки закусок».
Но и карцер не мог сломить самых упорных. Вышепомянутый Иссинский, «сняв лампу в карцере, керосин вылил впечь», а Петров, кушавший водку по отхожим местам «будучи в наказание посажен в карцер, сделал на стене неприличную надпись»!..
Ермил ЗАДОРИН.