«Июнь 1941 года. Прошел месяц, как началась Великая Отечественная война. Моя деревня в 600 километрах севернее Томска. Подошел пароход «Пролетарий», принял на борт всех мужиков от 16 до 60 лет и увез всех в Томск. Там рассортировали: кого учиться, кого лечиться, кого в трудармию, кого на формирование Симбирской дивизии и на фронт. В ее составе ушел и мой отец – Якунин Серафим Семенович. Через год он погиб под Ленинградом, на Синявинских высотах восьмого сентября 1943 года. Светлая ему память!
«Тревожно, навзрыд загудел пароход
В ту ночь у обского причала.
Он словно стонал, принимая народ,
Войны извещая начало.
Ровно через три недели
Семьи опустели,
Подошел к причалу пароход.
Под плач и звуки марша
В шестнадцать лет и старше
Мужики отправились на фронт.
Их судьба похожа, и отец мой тоже.
Не вернулись с фронта мужики,
Через год буквально
Посыпались повально
Похоронок желтые листки.
Мне десять лет. Война в разгаре.
Патриотизм зовет, чего же ждать?
Нельзя, чтобы фашистов твари,
Убив отца, убили мать.
Решение принято, встречаюсь с другом,
Санек теперь все должен знать.
Он тоже сирота, и нам не до досуга,
Пришел о будущем побеге рассказать.
Через неделю мы в гостях у Омска.
Не повезло – нас взяли патрули,
Узнав, что мы на фронт бежим из Томска,
Тут же в «обезьянник» замели.
В жизнь входили смело.
Детство пролетело.
Военком позвал, надел сапог.
Поездом товарным
В «телятнике» коварном
Везут меня во Владик на Восток.
Ровно две недели
Кашу с хлебом ели,
В Канске объявили банный день.
Надо же такому —
Далеко от дома
В бане встретил Саньку. Вот так день!
Майор нас понял и помог удачно,
Обоих поместил в один вагон.
Стремление наше было однозначно –
Во флот, и только он!
Приехали, а здесь такие штуки.
Не все по нашему сценарию идет.
Нас развели безжалостные руки:
Меня в танкисты, а его — во флот.
Мечта моя на этом оборвалась.
Он моряком, а я танкистом стал.
Но жизнь есть жизнь. Росла и развивалась.
Я горный инженер. Он — контр-адмирал.