Второе апреля – Всемирный день распространения информации о проблеме аутизма. Всё больше семей сталкиваются с этим, а точные причины, почему может развиваться это расстройство, пока неизвестны. Как понять, что ребенок особенный?
— Дети с расстройством аутистического спектра (далее — РАС) внешне не отличаются от нейротипичных (обычных) детей. Окружающим они могут показаться обычными, но очень избалованными. Они могут неадекватно вести себя: разбрасывать продукты в магазине, лежать на полу, кричать в общественных местах, постоянно кружиться, — комментирует Ольга Соловьева, председатель Ульяновской региональной общественной организации помощи детям с аутизмом «Открытый мир».
К сожалению, никто из родителей не застрахован от этого. Во время беременности УЗИ и анализы не показывают каких-то аномалий. Распознать можно к 1,5 годам. Насторожить родителей должны такие «звоночки»: у малыша нет указательного жеста, он не играет в игру «Понарошку», не контактирует глазами, не откликается на свое имя, манипулирует предметами не по назначению.
Если есть подобные симптомы, то ребенок может быть в группе риска и лучше обратиться к специалисту. На данный момент в Ульяновске работают три центра. Чем быстрее начать заниматься малышом, тем больше будет эффект, потому что данное расстройство нельзя вылечить, оно поддается только коррекции с помощью специальных занятий.
Чем быстрее, тем лучше
— Принять такой диагноз от врачей может не каждый родитель, он начинает отрицать его и теряет драгоценное время. Если к нам обращаются родители с полуторагодовалыми детьми, то больше шансов их быстрее адаптировать к миру, корректировать поведение в старшем возрасте намного сложнее, — добавляет Ольга Соловьева.
Главная задача – научить ребенка правильно общаться с другими людьми. Часто ребенок с РАС хочет есть, но не может выразить это словами. Тогда он может, например, бить себя по голове, падать на пол и так далее. Родителям нужно научить ребенка осознать свою потребность и объяснить её. Взрослые должны постоянно проводить специальные занятия. Помочь могут специалисты ульяновских центров. Они используют такие методы: АВА-терапия, игровая терапия, кинезотерапия (особенные детки не чувствуют свое тело, эти занятия помогают им), физическая культура.
— Во многом всё зависит от родителей. Занятия должны быть регулярные, чтобы был виден эффект. У меня у самой ребенок с РАС. Он нормально развивался, была речь, а после 1,5 лет стало видно, что он отличается от сверстников. Сейчас сыну 13 лет, мне удалось скорректировать его поведение, при этом я не потратила ни единого рубля на специальные занятия. Мы ходили в обычный детсад, на бесплатные кружки. Сейчас мы ходим в обычную школу, — вспоминает Ольга.
Началось всё с пирамидки
Корреспонденты «МГ» встретились с одной ульяновской семьей и узнали, когда в её жизни прогремел гром среди ясного неба.
— У меня спокойно протекала беременность, я не лежала на сохранении. Когда мне был 21 год, родился Кирилл. Как и многие родители, мы строили планы на его будущее. Думали, что когда он вырастет, то мы отдадим его в суворовское училище. Его речь соответствовала возрастным нормам, только фразы он не мог произносить. Врачи уверяли, что до трех лет можно не переживать, — вспоминает Зарина Вотрина, мама Кирилла.
Кардинально изменилась их жизнь, когда они решили отдать ребенка в детский сад. Во время прохождения медосмотра психолог попросила собрать пирамидку, но что-то пошло не так. И в итоге специалист резюмировала: «С особенностями развития».
— Конечно, я ей не поверила. Два с половиной года я растила нормального ребенка, а тут кто-то равнодушно заявляет, что у моего ребенка что-то не так. Мы продолжили проходить медосмотр. И однажды муж вернулся с сыном от логопеда (я сидела со вторым ребенком), где в неразборчивой записи я прочитала: «ЗПРР (задержка психоречевого развития) с элементами аутизма». Тогда я заплакала и сказала: «Вот наше суворовское училище», — рассказывает мама.
Сложно объяснить желания
И с этого момента родители пытались подтвердить или опровергнуть диагноз. Они прошли порядка пяти-семи специалистов, у которых были разные мнения. Одним из важных этапов стала встреча с психиатром, который сказал, что у Кирилла нет аутизма, а просто стресс из-за рождения второго ребенка. Тогда родители успокоились и отвели его в детский сад. Но в кругу других детей стало видно, как сильно он отличается от остальных.
Прошло почти полгода до момента, когда родители попали на прием к другому психиатру, и он подтвердил, что у ребенка РАС. После этого мама начала заниматься с сыном. Сейчас Кириллу пять с половиной лет. Он отличается гиперактивностью (не может усидеть на месте), неумением ждать (может расстроиться, если долго стоит в очереди). Со слов Зарины, окружающие люди по-разному реагируют на поведение сына. Часто приходится сталкиваться с недопониманием. Но когда мама объясняет, что ребенок с особенностями, то ситуация проясняется и окружающие спокойнее реагируют.
— Аутисты могут разглядеть маленький «одуванчик» на обочине оживленной трассы или красоту солнечных бликов на стекле, но не способны передать свои мысли, боль и страх. Последний сопровождает многих из них почти постоянно при столкновении с новыми людьми и местами, доводит до физического дискомфорта и заставляет искать успокоения в потряхивании рук, прыжках, покачиваниях. Они остаются со своими переживаниями один на один изо дня в день. Когда никто не понимает твоих желаний, что тебе остаётся кроме крика? — заключила Зарина.
Наталья КОРОЛЕВА.
По данным Минздрава России на декабрь 2017 года распространенность РАС составляет примерно один случай на сто детей. К сожалению, он не всегда правильно диагностируется, поэтому часто его путают с другими психическими расстройствами вплоть до шизофрении.