Просмотры726Комментарии0

Год в маске

Ровно год назад в жизнь ульяновцев ворвался и коренным образом изменил её коронавирус. Защитные маски, самоизоляция, рост цен и боевые сводки стали привычными атрибутами новой реальности. Как всё начиналось, вспоминала «Молодёжка».

В числе опасных

В феврале страна готовилась к пандемии, и Ульяновск оказался в списке 10 опасных городов страны. Все разом вспомнили про пресловутый «Красный маршрут» и 150-летие нашего земляка Ленина. Мол, китайцы точно понаедут. А в областном центре даже не было путевого многофункционального инфекционного медучреждения, не говоря уже о специальных госпиталях.

Власти сначала ввели санитарный контроль в аэропортах. У прибывших пассажиров мерили температуру, в гостиницы спустили «цэу» — сообщать обо всех прибывших иностранцах. Приезжие из «опасных стран» должны были отсидеться на двухнедельном карантине. Да и ульяновские врачи больше пугали нас гриппом, чем новой заразой.

Но когда цифры заболевших по стране стали расти как снежный ком, ульяновцы забеспокоились, бросились скупать в аптеках защитные маски. Ушлые предприниматели «сделали всё для людей» — вместо 15 рублей за пачку с тремя масками стали продавать средства спецзащиты за 70 рублей. А потом маски и вовсе исчезли из аптек. Народ начал скупать антибиотики и противопростудные средства.

К марту в области отменили все массовые мероприятия. В детсадах не принимали детей с признаками простуды. Нервозность в обществе нарастала. Медики же рекомендовали чаще мыть руки и укреплять иммунитет. Народ злостно шутил, мол, устроили шоу «Выживи или умри».

Сметали крупы

Появились паникеры, которые выставляли в соцсетях фото с пустыми полками в магазинах. Сработало — ульяновцы бросились скупать крупы (особенно гречку), консервы, туалетную бумагу. Спрос на товары первой необходимости повысился на 30 процентов. Представители торговых сетей успокаивали, мол, на складах запасы имеются, но не успевают подвозить товары в магазин. Пенсионеры не верили и скупали всё, как в последний раз.

К марту заработал областной оперативный штаб по борьбе с коронавирусом, и был введён режим повышенной готовности. Началась усиленная дезинфекция вокзалов, аэропортов, общественного транспорта, подъездов домов.

В разгар массового психоза народ набросился на алкоголь. Но медики убеждали, что это не поможет, к тому же ударит по иммунитету, а на него была вся надежда, так как лекарств против ковида не существовало. Под шумок в ульяновских магазинах взлетели цены на продтовары. Лимоны стали стоить 300 рублей за кг,  чеснок — 200 рублей, имбирь побил все рекорды и продавался по цене 1000 рублей за кг.

Первая жертва

Власти срочно начали перепрофилировать больницы под инфекционные госпитали. А ЦГКБ и вовсе отдали под ковидных больных. В области ввели масочный режим и социальную дистанцию.

К концу марта в регионе был зарегистрирован первый больной. «Пионером-героем» стал 15 летний сын депутата ЗСО Рожкова. Юноша приехал из Англии, где учился в школе. Его госпитализировали в  детскую инфекционную больницу.

К середине апреля ситуация резко ухудшилась. Больных стало в разы больше. Власти приостановили работу ночных клубов и кинотеатров.

Губернатор Сергей Морозов, дабы избежать паники, стал ежедневно информировать в соцсетях народ о ситуации с COVID-19 в регионе.

Началось время жёсткого карантина. Ульяновск опустел, закрылись школы, проммагазины, парикмахерские и так далее. Жителям запрещено было выходить из дома (только по необходимости), а на работу — лишь при наличии специальных справок.

Первая смерть

Вспыхнули страсти в Карсуне, где выявили 50- летнюю медсестру районной больницы. Она отдыхала в Эмиратах, а карантин по приезде не соблюдала. В итоге 300 контактных человек попали под подозрение. Карсун и Языково были переведены на осадное положение.

Первой жертвой коронавируса в регионе стала 68-летняя женщина, которая умерла в ЦГКБ. Она проживала в Москве, а 1 апреля приехала в Ульяновск. Следом были ещё три жертвы из районов. Всех коронавирусных хоронили в закрытых гробах. Сами похороны проходили в авральном режиме, присутствовать на панихиде разрешалось трём-пяти родственникам.

Волонтеры

Но весна брала своё, люди устали сидеть дома и, невзирая на запреты, отправились на майские праздники на природу. Сразу же пошли штрафы от полицейских.

Летом немного ослабили режим самоизоляции, но так и не открылись детские оздоровительные лагеря и кинотеатры. Подростки толпами бродили по улицам  города, порой устраивая ночные дискотеки.

К июлю все больницы были перепрофилированы под ковидные госпитали. Больных с каждым днём прибавлялось, а медперсонала не хватало. На помощь пришли волонтёры. Одна из них — 19-летняя Светлана Анурьева из Карсуна помогала бороться с коронавирусом, хотя у самой был рак. В итоге она «сгорела» прямо на работе.

Осенью ситуация с ковидом вновь накалилась. Но появилась надежда на вакцину, хотя доз пока не хватает на всех. Такими темпами областной коллективный иммунитет выработается у нас лишь к декабрю.

— Говорить о том, что новая инфекция отступила, ещё рано. По решению оперативного штаба действие режима повышенной готовности и введённых ограничительных мер продлено до конца марта, — сказал Сергей Морозов.

Напомним, с начала прививочной кампании в регион пришло 30 492 комплекта вакцины «Спутник V».

— Общее число вакцинированных в регионе составило 30 501 человек, 6132 человека получили второй компонент и завершили вакцинацию полностью. Привили более восьми тысяч граждан старше 60 лет и 2571 пациента с хроническими заболеваниями, – прокомментировал областной министр здравоохранения Виктор Мишарин.

За всё время коронавирусом в регионе заболело около 47,8 тысячи человек. Выздоровели 44,3 тысячи. Умерло 814 человек.

История борьбы с ковидом продолжается…

Арсений КОРОЛЕВ.

Справедливый телефон
Губернатор Ульяновской области включил свет в Новом городе. «Справедливый телефон» №309 от 22.03.2021
Все выпуски Справедливого телефона

Популярное