Просмотры443Комментарии0

История одной семьи

А вы знаете, кем были ваши предки? Сейчас семей, которые хранят, да что хранят — имеют семейные реликвии, чтят и помнят всех членов своего рода, днём с огнём не сыскать. Но «Молодёжка» такую нашла. Род Ирины Александровны Винокуровой из Чердаклов имеет удивительную историю, которую она бережёт в памяти и стенах своего дома. Статья об этом вышла в «МГ» 3 апреля 2009 года.

ТЕАТРАЛЫ ИЗ НИКУЛИНО

В небольшой квартире чисто и уютно, маленькая внучка Даша с любопытством рассматривает гостей. Ирина Александровна кивает на девочку:

Егоза растёт, но аккуратная и любознательная, как и прапрадед её был, Фёдор Иванович

Из комода женщина достаёт старинный семейный альбом с кипой пожелтевших фотографий и начинает свой рассказ:

Наша семья была очень уважаемой в Сызрани, в то время относившейся к Симбирской губернии. Прадед мой, Фёдор Иванович Винокуров, был человеком знатным — купец первой гильдии, заседал в Городской думе.

Имение Винокуровых располагалось недалеко от Сызрани, в селе Никулино. По рассказам бабушки Ирины Александровны, такого дома, как у них, в уезде больше не было: огромное добротное строение с мезонином и резными наличниками возвышалось над Волгой. Неподалёку находились бакалейный магазин Винокуровых и помещение их собственного… театра. По сей день в семье хранится афиша постановки по произведению Александра Островского «Не так живи, как хочется», датированная 1915 годом. Из афиши видно, что участвовали в спектакле и крестьяне, и сами члены купеческой семьи.

Сельские мужики прадеда уважали, человеком он был нежадным и простым. Как-то соседской крестьянской дочке, которая сильно заболела, безвозмездно оплатил лечение, и малышку спасли. После этого случая крестьяне, проходя мимо дома Винокуровых, кланялись в пояс…

ИЗ ОДНОЙ ТАРЕЛКИ С ГОСУДАРЕМ

Семья Винокуровых была, как и положено в те времена, многодетной. Две дочери и двое сыновей росли в достатке. С малолетства за ними приглядывала служанка Агафья.

Кстати, бабушка Ирины Александровны Анастасия рассказывала, как в те времена выбирали прислугу. Под хозяйскую кровать бросали монеты, и если девушка во время уборки находила их и возвращала хозяевам, то её оставляли — честная, значит, подвоха не жди.

Наверное, больше века назад именно Агафья и раскладывала ужин по этим тарелкам: старинный сервиз с царскими вензелями заботливо укрыт в глубине серванта.

Из него не едят уж лет 80 — жалко такую реликвию, — говорит Ирина Александровна. — А сделан он на знаменитом заводе Кузнецова. Да прочный какой: несколько раз фарфоровое блюдо при перевозке роняли, но даже трещин на нём нет.

Однако уважаемую семью в 1920-ом году все же раскулачили. Но накануне прихода сельских революционеров-активистов к Фёдору Винокурову прибежал его сосед — тот самый, которому он помог вылечить дочку, — и предупредил, когда тому «ждать гостей». Собрав сбережения, купец спрятал их в самый большой чугунок и закопал в лесу. Впоследствии на эти деньги он дал образование своим детям.

ПИСАТЕЛЬ ВИНОКУРОВ

В начале 20-х годов прошлого века у старшего сына Винокуровых Андрея обнаружился литературный талант: он стал писать стихи революционного толка. Его сборник тех времён по сей день хранится в семье. Надо сказать, идеями революции Андрей проникся сразу, несмотря на то, что был из раскулаченных. Впрочем, семья по-прежнему оставалась зажиточной, только теперь хранила свои богатства в тайне.

А вот старший брат Андрея Василий был верен царской власти и в Гражданскую войну воевал за белых. Бывало, в семье доходило чуть ли не до рукопашной между родственниками. Порой страсти у Винокуровых на этой почве бушевали не слабее, чем в легендарном «Тихом Доне» Шолохова.

В середине 1920-х годов Андрей устроился работать на Самарский табачный завод, где дослужился до зама директора фабрики, но рано умер вследствие тяжёлой болезни — в возрасте 37 лет. В газете «Саратовские известия» его некролог занял почти всю полосу. Там же было опубликовано стихотворение известного поэта, революционера и близкого товарища Винокурова Антона Пришельца:

ДРУГУ

Милый, милый, ну прощай,

Навсегда, мой светлый вестник,

Загрустит наш Волжский край

По твоей замолкшей песне…

ПЕРВАЯ УЧИТЕЛЬНИЦА

Анастасия Винокурова в 1914 году, к началу Первой мировой войны, окончила церковно-приходскую школу и пошла учиться дальше. В 1917-м она уже получила удостоверение учителя, а вскоре вышла замуж и переехала жить в Чердаклы.

В архиве Винокуровых сохранился и временный паспорт Анастасии Фёдоровны, выданный ей, когда девушка покидала родное село. Документ, датированный 1924 годом, без преувеличения, уникален — своей информативностью. Во-первых, на нём стоит печать с царским гербом (это в советские-то времена!). Забавляют и некоторые графы в документе. Например, под вопросом «состоит ли в браке» чернильной прописью красуется заключение «девица» — такие в те годы бытовали формулировки. А, скажем, при неграмотности предъявителя бумаги существовали специальные строки, прямо как в современных криминальных сводках: рост, цвет волос и особые приметы. А чего стоит надпись в паспорте, гласящая: «Уволена в разные города и селения СССР»!

Кстати, секрет царского вензеля на документе советского государства прост и банален — нехватка денег у молодого Союза на новые бланки для паспортов. Поэтому-то зам начальника управления рабоче-крестьянской советской милиции одним взмахом пера зачеркнул «Российскую империю», заменив её словом из четырёх букв — «СССР». В то время открывалась первая школа в Чердаклах, и дипломированный специалист Анастасия Винокурова стала одной из первых сельских учительниц, которую помнят в Чердаклах до сих пор.

ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ

Ещё один любопытный факт: отец внучки Анастасии Винокуровой — Ирины — был потомком дворянского рода Нарышкиных, состоявших в родстве с царём Алексеем Михайловичем «Тишайшим».

А говорим мы обо всём этом потому, что нынешние поколения, увы, редко помнят историю своих семей. А ведь Ирина Александровна Винокурова показала нам не просто семейный альбом. Если бы не уважение теперешнего поколения Винокуровых к своим предкам и их памяти, мы не узнали бы некоторых интересных моментов из истории родного края.

Так что не забывайте своих корней. Не зря же говорится, что мы живы, пока жива память о нас…

 

Справка: Первая гильдия купечества — наивысшая. Её члены могли вести заграничную торговлю, владеть морскими судами, фабриками, заводами. Дальше шли купцы второй гильдии, денег у которых хватало на речные суда, а купцы третьей гильдии имели право вести мелочную торговлю, содержать трактиры и постоялые дворы и заниматься ремеслом. Кстати, минимум I капитала, необходимого для записи в третью гильдию, был 500 рублей, во вторую — 1 тысяча, а в первую — 10 тысяч рублей.

Фарфоровый завод Матвея Кузнецова считался самым именитым в царской России. Две трети всего фарфора в стране выпускалось у Кузнецова. В 1872 году завод получил право ставить на своих изделиях государственный герб, а спустя несколько лет был удостоен звания «Поставщик Двора Его Императорского Величества». Известно, что на фабрике Кузнецова работал сам М.А. Врубель. Кузнецов имел 15 постоянных торговых центров в Петербурге, Москве, Одессе, Харькове, Варшаве, торговал также в Персии, Турции и на Балканах.

Источник: Источник
00
Справедливый телефон
Губернатор Ульяновской области «суёт нос в каждую дырку». Зачем ему это нужно? «Справедливый телефон» №293 от 22.06.2020
Все выпуски Справедливого телефона

Популярное