1160

«Солдаты сами просят их найти»

За плечами ульяновского поискового отряда «Крутояр» более тысячи найденных останков солдат Великой Отечественной и Гражданской войны. О работе поисковиков корреспонденту «МГ» рассказали командир отряда Захар Токарев и его заместитель Елена Шахова. 

У каждого поисковика есть свои причины, почему он приходит в команду. Все мы воспитаны на рассказах наших родственников о войне. Например, мой дедушка воевал, много рассказывал о войне и заведовал школьным музеем в 80-х годах прошлого столетия на Нижней Террасе, поэтому, когда я жил в Москве и меня пригласили в отряд, то я не раздумывая согласился, — рассказывает Захар Токарев.

Примерно такая же история у Елены, которая хорошо помнит военные истории с детства. Она занимается поиском солдат уже 15 лет, Захар — 12 лет.

В 2015 году они создали отряд «Крутояр», в нём на сегодняшний день пятнадцать человек. Возраст участников — от 18 до 54 лет. Для всех это скорее хобби, чем работа.

Когда я только начинала ещё в Санкт-Петербурге, то два дня проводила на работе, два – в лесу. Сейчас многие берут отпуска, чтобы отправиться на Вахту памяти. Как правило, в год мы выезжаем три-четыре раза. Большинство поездок проводим за свой счет, — поясняет Елена Шахова.

Работу поисковиков можно разделить на два блока: с архивами в городе и выезд в «поля», где одна вахта длится примерно три-четыре недели. Безусловно, самая  интересная работа проходит за пределами города. Как правило, отряд выезжает с коллегами из других городов (есть общероссийская организация) на место, где были ожесточенные бои.

Нашли в болоте

Отряд доходит до заданной точки, разворачивает лагерь, и начинается работа. Поиск мест захоронения солдат ведётся с помощью щупов. Внешне он напоминает металлический прут с ручкой, его втыкают в землю, в зависимости от того, какой звук, определяют, что там – дерево, кость, металл. Плюс используют  металлодетектор. Когда начинают копать яму и доставать останки, то их раскладывают (работа сравнима с деятельностью археологов) на специальные баннеры. Иногда приходится копать очень глубоко, но бывают исключения. Так, например, в Карелии в 2013 году выдалось очень засушливое лето. Болото высохло, и там нашли захоронение военнопленных. Одного солдата опознали благодаря баночке с бумагой внутри.

В Оренбургской области были найдены родственники погибшего. Они с такой радостью восприняли эту новость. На перезахоронение пришло всё село. Оказалось, что в этом районе это первый найденный солдат за 20 лет. Более того, там даже проложили асфальтовую дорогу к кладбищу, так были рады этому событию, — вспоминают поисковики.

Появились мошенники

Как правило, родственники трепетно относятся к новости, что их пропавшие родственники найдены. Иногда даже у матёрых мужиков наворачиваются слёзы. Но бывает и так, что родственники говорят, что ничего не хотят знать. Правда, чаще всего установить личность так и не удаётся.

Больше 90 % солдат – это те, чьи личности установить не удалось. Устанавливают по наградам, по вещам, если сам солдат оставлял какие-то именные обозначения. До 1942 года были смертные медальоны – по ним определить можно, но с 1943 года «перешли» на солдатские книжки. По ним личность не установить, бумага редко сохраняется, — рассказывает Елена.

Останки захоранивают, если нет возможности установить личность. Если есть родственники, то принимается решение: либо похоронить там, где погиб, либо перезахоронить рядом с родными на местном кладбище. Перед захоронением воинов отпевают по всем канонам. Кстати, всё это делается на деньги Министерства обороны. Это важно, потому что даже в этом деле объявились мошенники.

Последние полтора-два года начались звонки родственникам, у которых на войне действительно пропали близкие. Им говорят, что якобы нашли останки, и просят перечислить деньги на доставку, иногда доходит до нескольких тысяч, после этого мошенники пропадают. Хотелось бы сказать всем читателям: «Не верьте!». Поисковики никогда не возьмут денег за перевозку останков, — предупреждает Захар.

Шёпот солдат

В работе поисковиков очень много интересных историй, связанных с мистикой, ведь речь идет о неупокоенных душах. Например, такой случай произошёл в Ленинградской области на Синявинских высотах.

— Не люблю шум лагеря, потому всегда ставлю палатку дальше всех, и вот как-то слышала разговор двух солдат, слов не разобрать, только интонации и голоса, — рассказывает Елена.

А в прошлом году буквально в нескольких метрах от её палатки нашли останки двух бойцов: молодого, 18-20 лет, и взрослого. Видимо, их голоса и слышались Елене.

Старший, по всему видно, повоевал, в ботинках вместо шнурков телефонный провод, младший просто пацан, только что на фронт попавший. Они сидели в окопе, между ними взорвалась миномётная мина, так их и раскидало. Так и лежали, ждали нас. У старшего бойца медальон – обгоревший и промокший. Почти год экспертиз, но имя установили, звали его Матвеев Василий Иванович, 1911 года рождения, старший сержант, установили и место призыва, — говорит Елена.

Бывает и так, что будто сами солдаты просят их найти и даже приходят во снах. Так, однажды Захар, проснувшись, вскочил и пошёл куда-то в другую сторону от лагеря. Когда товарищи спросили, куда он направился, то мужчина ответил: «Солдат рассказал во сне, где он лежит». И действительно, останки погибшего были в том месте.

Но бывают места, куда поисковики боятся заходить, например, в «Лес мёртвых» в Смоленской области. Один из ульяновских поисковиков признался, что боялся заходить туда 20 лет, потому что в самую первую вылазку очень долго блуждал, хотя прекрасно знал те места.

— Однажды мы приехали в Синявино (Ленинградская область). Как обычно, скинули рюкзаки и пошли каждый в свою сторону. Я работаю в наушниках и слушаю только звук прибора. И вот иду-иду, много прошла, поднимаю глаза – передо мной наши же рюкзаки. Повернулась, пошла в другую сторону и снова вернулась к рюкзакам. И так несколько раз, будто я на поводке. В итоге прислушиваюсь – прибор издаёт странный звук. Начали копать, а там останки солдата. После того, как мы его подняли, история повторилась вновь. Оказалось, что в метрах двух лежит ещё один солдат, — продолжает рассказ Елена.

Мина и медведь

Как правило, поисковики находят кости солдат, но бывает, что находят и целые тела. Так произошло в 2008-2009 году на Карельском перешейке (Ленинградская область). В Хлебном болоте были найдены тела более ста человек. Они были словно живые, даже с глазами, и поисковикам казалось, что они вот-вот моргнут. Но спустя нескольких часов после того, как их вытащили на поверхность, тела превратились в желе из-за соприкосновения с воздухом.

Но самое сложное – это находить погибших гражданских лиц. Так, однажды были найдены три ямы (это был финский концлагерь). В них лежали беременные женщины и дети.

Бывают и опасные моменты. Так, например, встречаются мины.

— Водитель привёз поисковиков и по каким-то своим причинам поехал в лес, увидел мину, сфотографировал её, отправил фото по социальной сети. Затем что-то, видимо, сделал с ней и, она взорвалась. От взрывной волны у нас в лагере даже кепки на головах развернулись, хотя от лагеря это было очень далеко. Мужчина погиб, — поясняет Елена.

Кроме того, в лесу можно встретить и хищных зверей. Однажды в Смоленской области Елена и Захар под вечер наткнулись в лесу на медведя.

Примерно в трёх метрах от нас лежал медведь. Встал, рыкнул. Мы попятились назад, а потом побежали. Мы сделали такой крюк, наверно, километров пять лишних пронеслись. Мне кажется, я никогда так быстро не бегал по лесу, — вспоминает Захар.

«Боевые» свиньи

Но случаются и курьёзы.

— В Смоленской области мы работали — там есть деревня, где шли бои, — расчистили место под поле. Мы находили личные вещи, медали, оружие, какие-то сельскохозяйственные предметы. И вот нашли кости, стали их выкапывать. Смотрим – не похожи на человеческие, но рядом медальоны. Мы собрали кости и отдали командиру. Через какое-то время он приносит нам мешок с костями и передаёт со словами: «Вот держите ваших боевых свиней». Оказалось, что мы обнаружили кости свиней, — вспоминает Захар.

Однажды был найдены останки человека и медальон, по которому установили личность. И вот пришли поисковики с этой вестью к родственникам погибшего. Стучатся… Открывает дверь пожилая женщина. Мы ей говорим: «Мы нашли вашего мужа». А она пытается выяснить, где этого пройдоху снова нашли.

Выясняется, что установленная личность – это её единственный муж, который сейчас в огороде с похмелья картошку окучивает. Мы к нему. Расспросили его, мол, медальон ваш или нет? Он не знает то ли плакать, то ли смеяться. Оказалось, что в этом бою он потерял медальон, но выжил. А медальон лежал с телом его друга. Благодаря мужчине были установлены личности ещё нескольких солдат, — рассказывает Захар.

Но несмотря на то, что, как говорится, «служба и опасна, и трудна», поисковики не отступают от своего дела и в скором времени вновь отправятся на вахту.

Когда находишь солдата и передаёшь останки родственникам, то возникает чувство выполненного долга. Мы живём благодаря тому, что они умерли. Сейчас наш единственный долг, то, что мы можем сделать для них, – это отдать последние почести, — утверждает Елена.

Наталья КОРОЛЕВА.

Справедливый телефон
Куда уходят миллионы? «Справедливый телефон» №267 от 19.09.2019
Все выпуски Справедливого телефона

Популярное