Новость часа

  • Обратите внимание




Смотрите также

С широко закрытыми глазами

В связи с юбилеем «Молодежной газеты» мы вспоминаем самые интересные статьи, которые когда-то выходили в любимом издании. На этот раз представляем статью 2006 года о непростой судьбе мужчины, любви женщины и крепкой силе воли.

«Заголовок этой статьи, позаимствованный из названия знаменитого фильма, как нельзя лучше подходит для истории, которую мы хотим вам сегодня рассказать. Ее герою пришлось ослепнуть, чтобы прозреть. Такой вот жизненный парадокс: тьма обнажает то, чего не видно при свете дня.

На жизнь Алексей Бурлаков всегда смотрел чисто по-мужски. Парнем был бойким и смелым, взгляд ни от кого не отводил. А в третьем классе как-то сбежал с уроков и пошел записываться в секцию самбо. Тренер посмотрел на него и изрек: «Чё-то ты мелкий какой-то! А лет-то тебе сколько?» Леша соврал, накинув пару лет к возрасту. Уже потом, когда обман вскрылся, тот же тренер развел руками: «Ну, Лешка, ты даешь. Молодец!»

В армию он тоже напросился сам. Его брали в спортроту (к тому времени он уже был мастером спорта по дзюдо), однако наш герой желал пройти «настоящую» службу. И прошел. В спецназе. А когда уволился, тут же пошел в милицию.

Бурлаков служил в отделе по расследованию особо тяжких преступлений. Бывшие коллеги вспоминают, что иной раз Алексей «винтил» по шесть человек сразу. Оно и понятно — в спецназе он сильно поднаторел в боевых единоборствах.

Раньше менты были круче, — говорит наш герой. — А сейчас — не пойми что. А всё почему? Да просто они не растут. В плане тех же единоборств. Учили их всю жизнь руку за спину крутить — и всё на этом. Тут я сцену наблюдал пару лет назад: два пьяных сопляка бутылку в милицейскую машину метнули. И что? И ничего! Мент глаза отвел… и уехал. Зато одного впятером они с удовольствием запинают! Я предлагал в школе милиции преподавать единоборства, причем бесплатно. Но мне ответили, что у них и так «чемпионов мира полно». Странно, а на всех последних соревнованиях наших милиционеров бьют все, ни одного призового места нам не достается. Вот тебе и чемпионы. Видел я этих чемпионов… Когда еще зрячий был.

«ПОСЛЕДНЕЕ, ЧТО Я ВИДЕЛ…»

Три года назад Алексей попал в страшную аварию. Машина, которую он вел, лоб в лоб столкнулась с другой. Врачи собрали Алексея по кусочкам, после чего дали вторую группу инвалидности. Он тогда еще не знал, что не за горами и первая…

***

Из милиции капитану Бурлакову пришлось уйти. Он долго не мог восстановиться. Но силы в себе все-таки нашел — помогли занятия единоборствами.

Я будто опять в третий класс попал, — вспоминает Алексей. — Отжимался, подтягивался, бегал, бился. Хотел вернуться к нормальной жизни. Даже на работу устроился — в детский лагерь «Строитель» в Чердаклинском районе. Там-то я и лишился зрения…

***

24 апреля 2005 года Алексей сидел в своей сторожке, смотрел телевизор. И тут в дверь вошли восемь человек, в числе которых были директриса лагеря, начальник охраны, местный участковый. Взглянув на вошедших, Бурлаков сказал: «Привет» и опять отвернулся к телевизору. А через секунду на его голову обрушился страшный удар нунчаками (двумя короткими палками, которые соединены между собой шнуром или цепью, восточным оружием)…

Он до сих пор не знает, за что его тогда били. Очнулся уже в больнице, открыл глаза — и ничего не увидел. Покалечили его здорово. Но хуже всего было то, что один из ударов пришелся по глазам. «Привыкай к темноте, — посоветовали ему в областной больнице, — теперь так будет всегда».

Сказать, что привык, не могу, — говорит Алексей, — я ведь не родился слепым. Я знаю, как выглядит мир — в мелочах. И частенько «просматриваю» картинки по памяти — в сознании, конечно. И, к сожалению, часто «вижу» тех ублюдков. Я помню их с точностью до родинки. Они ведь были последними, кого я видел…

ГДЕ ЖЕ ВЫ ТЕПЕРЬ, ДРУЗЬЯ-ОДНОПОЛЧАНЕ?

«Те ублюдки» не понесли наказания за содеянное. Только одному впаяли… полтора года. Суд постановил, что Бурлакова ударили один раз, причинив «легкий и кратковременный (!) ущерб его здоровью».

Откуда они это взяли, если даже медэкспертизу не проводили?! — до сих пор не понимает Алексей. — Хотя… Рука руку греет… А знаете, они ведь приходили ко мне в больницу. И со смехом кинули мне те самые нунчаки, которыми вышибли мне глаза. Я их тогда почти явно видел перед собой!

Беда не приходит одна, и вскоре Алексей это понял. Один за другим его адрес и телефон стали «вдруг» забывать лучшие, как это выглядело раньше, друзья. Наверно, шептались за глаза — мол, что с ним, таким, теперь дружить. Не все, конечно, но многие перестали смотреть в его сторону.

СЛЕПАЯ ЯРОСТЬ

И все же самым страшным испытанием для Алексея были не диагноз врачей и равнодушие друзей. Труднее всего было бороться с жаждой мести.

Я часто представлял, — рассказывает он, — что соберу их в одном месте, всех восьмерых, и стану убивать голыми руками. А это я бы сумел. И глаза для этого мне бы не понадобились. Я до сих пор их вижу и, боюсь, буду видеть всю жизнь. Если б вы знали, как тяжело было перебороть в себе желание отомстить. Но, слава богу, я с этим справился. Мне даже жалко сейчас этих уродов. Потому что они видят только собственную задницу, а думают лишь о том, как бы ее, любимую, прикрыть. Но Бог ведь карает не сзади…

«БОЖИЙ ЧЕЛОВЕК»

Во многом побороть в себе агрессию Алексею помогла церковь. Уже год он посещает службы в храме и ходит на исповедь.

Меня еще в младенчестве крестила бабушка, причем крестила тайком, — улыбается Алексей. — Когда мама с папой узнали — отругали ее на чем свет стоит. Но бабушка только отвечала, что негоже малышу безбожником быть, да и говорят ведь, что имя Алексей переводится как «божий человек».

ПЯТЬДЕСЯТ ЧЕТЫРЕ СТУПЕНЬКИ

Столько надо пройти до моей квартиры — до четвертого этажа, — поясняет наш герой. — Раньше мне и в голову бы не пришло считать ступени. Нужды в этом не было. Зато сейчас есть. Или вот, к примеру, для кого-то длина моего дома — «столько-то» метров, для меня же — пятьдесят шагов.

Алексей ходит теперь с палочкой, стук которой знаком уже всей округе. Люди знают его, говорят: «А, это учитель слепой!»

Со мной многие незнакомые люди здороваются, — не без удовольствия делится он. — И дворник опять здороваться начал… Однажды случай был. Шел я домой и едва не налетел на высокий бортик. Дворник это заметил и пулей метнулся ко мне. Эх, до сих пор вину свою чувствую! В общем, он, желая меня задержать, схватился за мое лицо. А я и среагировал как на нападение. Прямо в челюсть ему зарядил, бедолаге. Но сейчас вроде ничего, он даже ямки железными листами прикрывает — чтоб, значит, я в них не угодил.

«МОЯ СЕМЬЯ»

Так Бурлаков говорит о нескольких ребятах, которых учит навыкам единоборств. Справившись со всеми напастями, он нашел в себе силы вернуться к любимому делу. В спорткомплексе «Динамо» ему (по старой дружбе) выделяют для тренировок несколько квадратных метров.

Эти юноши и девушки — моя семья! — говорит о воспитанниках тренер. — Некоторые живут за сто километров от города, но приезжают на тренировки. Ребята настоящие. С бойцовским характером. Но никто из них никогда не нападет на человека первым! Я учу их защищаться, а не нападать. Это не те гопники, в шапочках на макушке. Я, кстати, недавно с одним таким беседовал. Разминался я перед домом, а он подошел и спрашивает: «А сколько стоит заниматься у вас?» Я ему отвечаю: мол, ерунда —150 рублей. Так он, знаете, как отреагировал? Недолго думая, выпалил: «Ни … (ничего себе — прим. ред.) — пять «титек» пива!» Вот вам, пожалуйста, идеалы современной молодежи! Я еще спросил его, чем он по жизни занимается. И он ответил: «С пацанами лазю!». Так и сказал — «лазю». У нас, говорит, «бригада», собрания проводим, а потом идем «лазить».

Воспитанники Бурлакова этим не занимаются. Некогда им. Да и ценности у них другие. А еще они опекают… тренера.

За руку меня водят, на маршрутку сажают, — не без гордости произносит Алексей. — А другие — встречают. По сотовым друг другу звонят: мол, посадили — встречайте.

Ребята подружились между собой крепко. Почти семьей стали. Они уважают своего тренера. И говорят, что он, слепой, открыл им глаза на жизнь. Он же вторит им: «Я бы не жил, если б не ребята и Лиза»

БЫЛИ КОЛЛЕГАМИ, СТАЛИ СУПРУГАМИ

Лиза — отдельная глава в жизни Алексея. Шапочно они знакомы давно. Она работала (и сейчас работает) инструктором в спорткомплексе «Динамо».

Раньше, помню, она мне талоны на обед не давала, — смеется Алексей. — Мы даже ругались. А теперь вот… жена! Уже два года вместе.

По словам Алексея, после той трагедии в лагере Лиза выхаживала его прямо как ребенка малого.

Мне впору молиться на нее, — благодарно восклицает он. — Чего греха таить, другая бы на ее месте давно бросила меня к чертям собачьим. А она мало того, что ухаживала за мной, так еще и не давала впасть в депрессию. Да что там — она ведь жизнь мне спасла. Однажды я хотел было руки на себя наложить. И сделал это — зубами перегрыз трубку от аппарата, поддерживавшего мою жизнедеятельность. Но, видно, любящая женщина и впрямь обладает шестым чувством… Ей прямо в сердце кольнуло: что-то не так! И она позвонила в больницу. Меня успели спасти. С тех пор я и не думаю о подобных глупостях. Лиза дала мне понять, что я должен жить!

ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ

И он живет. Как говорит сам, полной жизнью. Без оглядки на прошлое. Вместе со старыми друзьями исчезла видимость фальшивой дружбы. Зато на первом месте оказались новые — настоящие.

Следующим летом Алексей отправится в один из мужских монастырей на Алтае, куда его пригласил тамошний настоятель.

Монахов буду тренировать, — делится планами Алексей. — Думаю, месяца два там пробуду. А потом назад — домой. У меня здесь дел уйма. Ребята, жена… Да, мы ведь с Лизой хотели обвенчаться еще в 2005 году. Но помешало… сами знаете что. Теперь уж точно решили — на Пасху обвенчаемся!

А еще Алексей стоит в очереди на собаку-поводыря. Уже год. Но, увы, ближайший питомник находится в Подмосковье. Его воспитанники писали туда письмо, но оно осталось без ответа.

Конечно, с собакой было бы проще. К тому же, она — друг человека. Ну, ничего, терпению я научился, пока похожу с палочкой. А там — посмотрим…»

Алексей ПЕШКОВ.

Источник:

Популярные материалы